( Не ) мой ребенок (СИ)

Сам прибирал, чистил ковер, мыл кухонный пол. Паршиво вышло, но Мира потом домоет. И так упарился весь, пока работал горничной.

Паркуюсь возле ее дома, отыскиваю нужный подъезд. Морщусь от стойкого запаха мочи в подъезде. Какой-то бомж нассал, что ли? И на это она променяла наш уютный дом? Там хоть чисто! Было… пока Мира там жила.

Захожу в лифт, нажимаю на нужный этаж, выхожу и оказываюсь прямо у коричневой двери с белыми цифрами «тридцать три». Номер квартиры, который был указан в документах.

Хочу постучать и… не стучу.

Надо же придумать, что ей сказать, так?

«Ну… это… возвращайся уже!» — единственное, что приходит на ум. Но так же нельзя. Это глупо и как-то стыдно.

«Я тебе не изменял!» — звучит как оправдание, но я же не оправдываться приехал.

«Люблю тебя, Мира!» — ну, это вообще по-слюнтяйски. Она меня кинула, а я ей в любви признаваться?

И тут в голову приходит идеальная фраза, прямо хоть записывай: «Это первый и единственный раз, когда я прощаю тебе такой косяк. Сейчас же сложила вещи и вышла со мной к машине. Ты возвращаешься домой. А если тебе не ясно, то я сниму ремень и объясню тебе по-другому…»

Да, с ремнем оно как-то лучше всегда доходит, отец часто так говорил.

Стучу в дверь, мысленно проговаривая фразу снова и снова. Надо же, чтобы с нужной интонацией, чтобы прониклась. А еще надо как-то удержаться, чтобы не сопроводить слова подзатыльником. Еще испугается, закричит, ведь всегда реагирует на подобное как истеричка, а мне надо, чтобы она села в машину. Дома уже буду воспитывать, заново рассказывать, что ей можно, что нельзя.

Громко постучав, жду. Потом стучу снова и опять жду.

— Да что за на хрен? — не могу понять.

Долблю в дверь со всей дури, и тут выходит соседка в старом зеленом халате.

— Вам чего надо? Не живет здесь никто!

— Как это не живет? Тут должна проживать моя жена, Мира Горцева, — заявляю уверенно.

— Мира? Хорошая девочка, знаю, — кивает соседка. — Так съехала она, и подружка ее беременная — тоже.

Мое сердце пропускает пару ударов.

— Как это съехала? — тут же начинаю злиться. — Куда?

— Куда, не знаю, а забрал ее мужчина на хорошей такой машине, иностранной…

Меня будто обдает изнутри кипятком. Мужик на хорошей машине.

Кто еще? Больше некому. Да и зачем московскому адвокату защищать мою жену? У нее же ни денег, ни связей. Точно он…

Ну тогда ему вдвойне не повезло. Я знаю, как называется его контора, выяснил после позорного судебного заседания.

Туда-то и лежит мой путь.

Рулю через всю Москву, то и дело попадая в пробки. До этого приходилось пару раз бывать в столице, но тогда дороги были свободнее.

Кое-как добираюсь до места. Неожиданно мне везет, удается прямо в фойе бизнес-центра наткнуться на ненавистную рожу.