Не покидай меня, любовь

Тогда она не знала, что именно это приятно услышать гордому сицилийцу.

А как вас зовут? — вежливо поинтересовалась Эмма.

Винченцо. Винченцо Кардини, — ответил он, внимательно наблюдая за ней.

Пройдет некоторое время, прежде чем Эмма узнает, насколько влиятельно и могущественно семейство Кардини. Но тогда она полагала, что он обычный парень, хоть и необычайно обаятельный. Винченцо сел с ней рядом и поделился своей водой. Рассмешил ее. А когда солнце стало слишком жарким, повел на ланч в ресторан.

Винченцо говорил о своем острове со страстью и знанием, перед которым бледнели все путеводители. Он вздохнул, сказав ей, что теперь приезжает сюда только в отпуск и на праздники и что его бизнес базируется, главным образом, в Риме. Эмма подробно расспрашивала его о работе, в основном, чтобы отвлечься от суровой красоты его лица.

Но когда он попытался поцеловать ее перед расставанием, она покачала головой.

Извини, я не целуюсь с незнакомцами. Он улыбнулся ленивой улыбкой.

А я не принимаю «нет» в качестве ответа.

— На этот раз примешь. — Но Эмма не была бы женщиной, если бы не испытала сожаления, когда Винченцо приложил кончики пальцев к ее губам и посмотрел на нее таким взглядом, от которого она почувствовала слабость.

На следующий день он позвонил в маленькую гостиницу, в которой Эмма жила, и, естественно, она согласилась встретиться с ним снова. Да и как она могла отказаться, когда была уже влюблена в него?

Он показывал ей свой родной остров, хотя с родными не знакомил. Родители его умерли, но у него была бабушка и многочисленные кузены, которые «не одобрят то, что мы встречаемся, сага», лениво пояснил он ей.

Но какое ей было до этого дело, когда каждый вечер Винченцо все больше приближал ее к наслаждению, о котором она и не мечтала? Эмма боялась, что он может счесть ее неуклюжей и наивной, но ему, похоже, нравилось учить ее, как и нравилась ее инстинктивная сдержанность.

Все было идеально до той ночи, когда она, наконец, позволила ему обладать ею, а потом был тот взрыв ужасных эмоций, которые последовали за их любовью. Боль, неверие, радость, а потом, наконец, раскаленная злость, когда он сел в кровати и уставился на нее так, словно увидел призрак.

Почему ты не сказала мне?! — взревел он. Эмма съежилась.

— Ты не знала! — горько повторил Винченцо. — И позволила этому случиться. — Он покачал головой. — Я украл твою девственность — самое дорогое, что есть у женщины.

Но на следующее утро его злость улеглась, и последующие несколько дней он учил ее, как любить свое тело и его. Поэтому когда он приехал в аэропорт попрощаться, Эмма плакала по всему тому, что обрела и теперь теряла навсегда.