(Не)строго бизнес

Жду не дождусь очередной поездки в Крым, где смогу посмотреть на «Мечту» и немного погреться, – слегка поджимая губы, разглядываю иссиня-серые тучи, невыносимо мрачной тяжестью нависшие над городом. Бывает «золотая осень», а бывает кадр из зловещего триллера. Сейчас как раз последний.

– Да, солнца всегда не хватает. Особенно мне. Я ведь родился в Калифорнии, – в двух словах обрисовывает основы своей биографии Клайд. – А вы с сестрой не из Москвы, не так ли? – кидаю подозрительный взгляд на Клайда, который с неподдельным интересом интересуется Викой, пытаясь упаковать это в непринужденный вопрос.

– Мы из Челябинска. И не надо делать вид, что ты об этом не знал. Не сомневаюсь, что у тебя была сотня возможностей заглянуть в документы Адриана, когда он собирал досье на меня, – с легким укором парирую я, стараясь не забывать, что Клайд не виноват в том, что его друг – полигамный подонок. – У тебя есть девушка, Клайд?

– Почему ты спрашиваешь? – замечаю, как широкие плечи Гиббса инстинктивно напрягаются, а кадык на шее делает шуструю «мертвую петлю».

– Ты привлекательный, спортивный, целеустремленный, – без тени смущения перечисляю очевидные достоинства я.

 – Такие мужчины не остаются без внимания. Особенно, в России. У многих с детства на подкорке прописана мечта «американ бой, уеду с тобой». Песня такая есть, – поясняю свой выпад я, заметив, как Клайд хмурится, не понимая шутки. – И сколько тебе лет? – на самом деле, задавать все эти личные вопросы – это очень нетактично и совсем не в моем стиле. Но должна же я отвлечься от мыслей о Батлере и прощупать почву на случай, если Вика положила глаз на этого красавчика.

– Мне тридцать один, Эмили.

Спасибо на добром слове. Но возвращаясь к твоему вопросу, ответ: нет. Серьезные отношения меня не интересуют, – довольно решительно сообщает Клайд, слегка разочаровывая меня и заставляя вычеркнуть мужчину из кандидатов на Викино сердце. – Хотя, должен признать, что русские девушки очень красивы. Но я не готов к семье и детям. Это сейчас нечто вроде табу для меня, да и в нашей стране не принято торопиться. Я ещё не достиг того, к чему стремлюсь, а движение к цели довольно ресурсозатратно. Не хочу тратить энергию на отвлекающие факторы, – лаконично поясняет свою позицию Гиббс.

Главное отличие американцев от русских – восприятие своего возраста.

В России тридцать один – это серьезный возраст, когда многие уже начинают непроизвольно думать и постоянно повторять «я старею».

В Америке, до двадцати восьми ты считаешься наивным школьником и студентом, у которого вся жизнь впереди.

Я думаю, что нет правильных и неправильных взглядов на возраст. Надо жить, не пытаясь вписаться в общественные рамки и сроки, а сердцем.