Недотрога и негодяй

Я нужна была Егору только на время. Проходной вариант. Неотложка, которая удовлетворяла его сексуальные потребности.

- Ты же не думала, что он на тебе женится? Неужели думала? – зло рассмеялась Кривошеева. – Как тебе такое в голову могло прийти. Сын достойных родителей и дочь нищих деревенских учителей.  Ну, насмешила!

- Мои родители - уважаемые люди. Не смейте так говорить о них! – оскорблять их  я никому не позволю.

У нас замечательная крепкая и дружная семья. Я люблю своих родителей. Их ценят в нашем городе. Пусть город небольшой, разве это важно?

- И кто же их уважает? Селяне? – продолжала веселиться Татьяна Васильевна. – А они знают, что их дочь – дорогая содержанка?

- Дорогая содержанка? – не поверила я своим ушам. – Содержанка? Да ваш сын меня не содержал!

- Водил по клубам, кормил в ресторанах, одежду покупал и не содержал? – расплылась в злой улыбке Кривошеева.

- Он мне только туфли купил, могу вернуть, - я растерялась и не понимала, что происходит.

- А за клубы и рестораны тоже рассчитаешься?

- Вообще-то он был моим парнем, - не выдержала я.

- Проще говоря, спал с тобой. Вот и получается, что ты содержанка. Ты ему постель, он тебе клубы и бары. Туфли вернешь. Принесешь в салон, мне лично.

- Да с удовольствием!

- Неблагодарная девчонка! Я подобрала тебя после института, научила работать, а ты смеешь так разговаривать со мной.

- То есть это я во всем виновата? В том, что ваш Егор игрок и мерзавец без стыда и совести?

- Не смей так говорить о моем сыне, нищебродка!

- И вы не смейте так со мной разговаривать.

- Старая? – кажется именно то, что она немолода довело Кривошееву до точки кипения. Насчет сводницы она не возмущалась.

Неужели Татьяна Васильевна искренне верила в то, что дорогая пластика лица, накачанные губы и силиконовая грудь могут кого-то обмануть?

- Вон отсюда немедленно, - Кривошеева вскинула руку и указала мне на дверь. Ее палец с длинным перламутровым ногтем вздрагивал от возмущения.

- С удовольствием, - я положила ей на стол заявление. – Я и сама собиралась уходить. Заберу свои модели, и больше вы меня не увидите. Ах, да, еще туфли верну.

- Заберешь? – Кривошеева вдруг успокоилась и опустилась в кожаное белое кресло. – Нет, милочка. Сначала ты мне заплатишь за аренду. А уж потом можешь забирать свое барахло.

- Я уже заплатила вам за месяц вперед, - напомнила хозяйке.

- Условия договора поменялись, - хищно улыбнулась она полными губами, обнажая дорогие белоснежные импланты. – Я его сегодня поменяла. Прямо перед твоим приходом. Внизу меленькими буквами написано, что я могу сделать это в одностороннем порядке. Похоже, твои родители даже читать тебя не научили. Хороши преподаватели, нечего сказать! Егор у меня умница, это он подсказал. Так что, как рассчитаешься со мной, так и заберешь.