Недотрога и негодяй

А какие роскошные издания! Полонский не без гордости показал мне шкаф со старинными фолиантами:

- Их начал собирать еще мой прадед. Есть даже одна рукописная.

Настоящий музей. Сейчас редко можно встретить человека, которому интересны книги. Особенно бумажные. Я отношусь к таким ископаемым существам. И Полонский тоже.

 Выбрала несколько книг и отправилась к себе. Начала листать их и зачиталась допоздна.

Знойные итальянки, страстные итальянцы, любовь и предательство в роскошных палаццо и на берегу Неаполитанского залива. Море крови, бездна ревности, океан любви.

Разврат во времена Возрождения практически не отличался от обычных отношений в наши дни. На фоне нашего прогрессивного времени он выглядел наивно и безобидно. Современных людей трудно чем-либо удивить. Ну, подумаешь, у женщины одновременно несколько любовников? Ну и что, если мужчина посещает куртизанок, имея молодую беременную жену? Да сейчас это в порядке вещей!

А вот мошенники в те времена отличались галантностью и изысканными манерами.

Как же давно я держала в руках настоящие книги. С потрясающими иллюстрациями, с золотом на переплетах. От книг пахло забытым запахом старых библиотек.

Итак, что там Марк говорил мне о плутах и их проделках? Что он задумал против Егора? Смогу ли я найти ту новеллу, что вдохновила Полонского на месть?

Тихонько хлопнула входная дверь. Марк снова ушел в ночь. А мое сердце снова противно екнуло и замерло.

Врач осмотрел мою щиколотку, слегка помял ее, удовлетворенно хмыкнул и порадовал что все практически в норме. Дал строгие указания:

- Ногу сильно не нагружать, много не ходить. И лучше пока с тростью. Хотя бы два-три дня.

- А без нее никак? – с надеждой спросила я.

- Можно и без нее, если вам она так не нравится, - согласился врач. - Только очень аккуратно. Если невзначай неудачно наступите, снова возможен вывих ноги. А это очень нежелательно.

С клюшкой ходить на работу меня совсем не прельщало. Лучше буду передвигаться медленно. Не хочется видеть сочувственные или злорадные лица коллег. Да и насмешки за спиной настроения не поднимут. С тростью я чувствую себя немощной старушкой. Или бабой Ягой.

Марк, наконец, перестал мучить доктора расспросами о том, что мне можно и что нельзя.

Сегодня Полонский сидел в кабинете врача рядом со мной. Сказал, что должен все услышать сам. Я могу соврать, что уже здорова. А он хочет быть уверен – со мной все хорошо.

- Предлагаю вечером отпраздновать твое выздоровление, - в коридоре Марк взял меня под руку. – И, пожалуйста, походи хотя бы еще денек с тростью. Так, для надежности.

Он вручил мне клюшку, и я обреченно заковыляла к выходу. Снова почувствовала себя бабулей. Но что не сделаешь, ради спокойствия Марка? Он так со мной носится…

Мы покинули поликлинику.