Осколки разбитых иллюзий (СИ)

Его плечи напряжены, руки спрятаны в карманы. Он не смотрит на меня. Шагает к двери, открывает её, но я останавливаю его прежде, чем он успевает выйти.

— Адэм, — зову, дожидаюсь, чтобы он посмотрел на меня. — Напомни себе это в следующий раз, когда будешь регистрировать нас в разных номерах.

Сказав это, отворачиваюсь и иду в спальню. Вспоминаю вчерашнюю злость на него и свое обещание, что обольщу его. Эта идея мне теперь не кажется такой гениальной, как вчера. Я успела даже составить план действий. Но теперь страшно, что всё может обернуться очередным провалом. Что, если Адэм вновь отвергнет меня? Как потом восстанавливать своё самолюбие?

Разгоняю мрачные мысли из головы прочь.

Наношу легкий макияж, собираю волосы в высокий хвост. Переодеваюсь и тут же выхожу из номера, прихватив сумочку.

Двери напротив, открываются почти синхронно с моими. Ко мне навстречу выходит Адэм. Я скольжу по нему мимолётным взглядом. Демонстративно приподнимаю подбородок и следую вперёд.

Адэм хмыкает и настигает меня через пару шагов. Мы идем к лифту и протискиваемся в него, когда двери открываются на нашем этаже. Он заполнен людьми.

Как только мы заходим, Адэм притягивает меня к себе ближе, ограждая от других пассажиров.

Он переоделся, в белоснежные льняные брюки и рубашку из того же материала. Нанёс незнакомый мне ранее одеколон. Вбирая в лёгкие его аромат, уговариваю себя не поднимать на него свой взгляд, но тут же проигрываю битву самой себе. Мои глаза ищут его и, встретившись, утопают в них.

Кровь в венах начинает циркулировать интенсивнее.

— Я предполагал, что тебе будет комфортнее в отдельном номере, — неожиданно произносит он, наклонившись ко мне.

— Если бы знал, что ты жаждешь моего общества…

Не заканчивает свою речь, заставляя меня покраснеть. Его губы трогает лукавая улыбка.

— Просто я не хочу, чтобы люди знали о наших истинных отношениях, — быстро нахожусь с ответом. — Что подумала твоя ассистентка, когда бронировала номера? А если пойдут слухи по компании? Ты же знаешь, все сотрудники общаются между собой, а перемывать кости начальству — святое дело.

— Я доверяю Нармин. Она чётко выполняет свои обязанности и никогда не перейдет грань дозволенного, — заверяет он уверенно.

Меня словно жалит оса в самое сердце. В ушах эхом отдается его голос, произносящий «Нармин». Почему это имя так красиво звучит в его устах?!

— Ты её по имени называешь? — выпаливаю, не сдерживая своего раздражения.

Воспроизвожу в памяти образ ассистентки Адэма. Обычная офисная мышка. Одета всегда блекло, несуразные очки на пол лица, голос сухой, механический. Я никогда не воспринимала её как девушку. Не чувствовала угрозы от неё, хотя это всегда происходило, когда рядом с Адэмом появлялись особи женского пола.