Осколки разбитых иллюзий (СИ)

Я не ожидала, что мы окажемся одни у них дома, что никаких других гостей помимо нас не будет.

— Адэм, ходят слухи, что вы заключили договор с японцами? Неужели, правда? — интересуется мужчина.

— Да, слухи правдивы, — коротко бросает Адэм, выдвигая для меня стул и помогая сесть.

Проводит по моему плечу ладонью, усмиряя пыл. Мартынов задаёт ему ещё пару вопросов, пока его сестра, что сидит напротив меня, изучает нас с ним, словно под микроскопом.

— Деточка, от чего же вы ничего не едите? — спрашивает у меня Светлана Петровна через пару минут после того, как все приступают к трапезе.

— Я не особо голодна, — бросаю взвинчено и излишне резко.

Беру бокал, отпиваю минеральную воду, что мне услужливо налил Адэм. Цирк, что они разыгрывают, бьёт по нервным окончаниям.

— Может вам предложить десерт? — неуверенно интересуется Анна. — У нас есть торт, с какой начинкой вы предпочитаете? Или может какое-то особое блюдо? Только скажите, всё быстро приготовят.

Я понимаю, для чего все эти вопросы. Помню её письма.

— Я не люблю сладкое, особенно, торты, — несдержанно сообщаю ей. — Ничего другого тоже не хочу.

Слышу в собственном голосе сталь. С каждой секундой мне всё больше кажется, что наш приезд — величайшая ошибка.

Получается, Леонид преподнёс меня, как подарок сестре? Во мне пробуждается злость от собственных мыслей. Не намерена играть и делать вид, будто мы просто пришли на ужин для знакомства с партнером.

— Анна, кстати, я прочла недавно письма, что вы писали моему отцу, — за столом воцаряется молчание.

Мои слова будто парализуют женщину.

Я перевожу на Леонида Мартынова испепеляющий взгляд. Ухмыляюсь ему."

"— Леонид, когда вы при нашей встрече сказали, что ваша сестра знакома с нашими отцами, очевидно, вы просто забыли упомянуть, как тесно она была знакома с моим?

— Вы знаете правду, — констатирует он, отрывая взгляд от меня, смотрит на сестру.

Я делаю тоже самое. Вижу, как женщина сидит, прикрыв глаза. Её руки сжимают ручки инвалидной коляски.

— Анечка, — шепчет Светлана Петровна, её глаза полны тревоги.

То, что теперь мы играем без притворства и лжи, раскрыв все карты, остужает мой пыл, успокаивает нервы.

Я смотрю на Адэма, вижу, что он сбит столку. Наблюдает за мной и за всеми остальными.

— Анна, — зову женщину. — Вы можете на меня взглянуть?

Решаю, что сегодня нужно поставить точку в этой истории. Поговорить, выяснить всё и никогда больше не возвращаться к данному вопросу.

Вижу, как женщина борется с собой. Раскрывает глаза, смотрит вниз и нервно массирует виски.

— Ань, тебе плохо? — интересуется Мартынов.

Он встаёт, подходит к сестре. Смотрит на меня с предупреждением. Очевидно всё пошло не по его плану, и сейчас мужчина злится.

Женщина переводит взгляд на брата, в её глазах блестят слезы.