Осколки разбитых иллюзий (СИ)

Она проходит и садится на диван, поставив на журнальный столик блюдо. Похлопывает рядом с собой, предлагая мне сесть. Мне до сих пор не верится, что Нани находится тут, что она согласилась приехать со мной. Хоть и ненадолго, но главное, что она не отказала мне. Ведь за столько лет ни разу она не гостила у нас, не соглашалась покидать свой дом. Даже отцу не удавалось уговорить её.

Я шагаю к ней и сажусь рядом, как она просит.

— Ты не пришла на ужин. Съешь хотя бы фрукты, — кивает на стол.

Пока я жила с ней в деревне, она всё время заставляла меня питаться и сейчас продолжает заботиться обо мне.

Я чувствую, как в груди теплиться благодарность и тепло к ней.

— Нани, если бы не ты, я наверное давно умерла с голоду, — отвечаю ей, чтобы угодить, протягиваю руку и беру гроздь винограда.

— Ну-ну, не преувеличивай, — смущается она.

Я с интересом наблюдаю за ней. Мне нравятся её мягкие черты лица, добрые глаза, аура тепла и спокойствия, которой она обладает. Вдруг осознаю, что успела полюбить её. И в этот же момент меня накатывает чувство утраты и обиды, что столько лет, имея такую бабушку я не общалась с ней, не проявляла интереса к своей родственнице.

Она всегда была, но где-то далеко. Отец столько раз предлагал поехать с ним навестить её, погостить. Но я предпочитала проводить каникулы с друзьями, имена которых сейчас и не припомню.

— Спасибо, бабушка, — слова благодарности сами собой льются из меня. — Спасибо тебе за всё. Спасибо, что не отказала и приехала со мной."

"— Как тут не поедешь. Как никак единственную внучку замуж выдаю. Только учти, после свадьбы я сразу поеду обратно с твоим дядей. Не могу я долго отсутствовать.

Так получилось, что я действительно являюсь единственной девочкой среди внуков бабушки.

Помимо отца и дяди у неё, ещё две дочери, и у обеих только сыновья.

— Да-да, знаю я, что ты безумно скучаешь по своим курочкам, — шутливо парирую, стараюсь не заострять свои мысли о свадьбе.

«Завтра. Уже завтра» — вскрикивает внутренний голос.

— Признаюсь честно, я тоже скучаю по твоим курочкам, — смеюсь громко, чтобы заглушить все голоса в голове. Внутренние. Сторонние. Любое упоминание о том, что должно произойти завтра.

Бабушка посмеивается вслед за мной.

Потом её взгляд замирает на моём лице. Она смотрит на меня так пронзительно, что и моя улыбка стынет на губах.

Ощущение, что маска трескается и обнажает все мои чувства, страхи, всю панику, что я переживаю где-то глубоко внутри себя.

— Почему тебе так страшно, девочка? Чего ты так боишься? — не отрывая от меня взгляда, спрашивает она низким голосом.

Я ищу ответ на её вопрос внутри себя. И от их количества и избытка начинаю сходить с ума. Приподнимаю брови, открываю рот и просто не могу вымолвить ни слова.