Нелюдь

Как бы там ни было, а теперь если человек — хирург с мировым именем, то он — человек, а ты — вовсе не «основа основ» и не «решаешь все», а то, кто ты и есть на самом-то деле. То есть — дерьмо несчастное, сиди, пиши свои бумажки и не вякай…

Пока Скелет размышлял о превратностях судьбы этого сучьего племени, кадровичка закончила лаяться по телефону и с интересом поглядела на него через щель в двери.

— Заходите, что вам? — крикнула она.

— У меня разговор, — сказал Скелет, солидно усаживаясь перед столом и закидывая ногу на ногу.

Тетка с еще большим интересом посмотрела на него.

Давно уже сюда не приходили хорошо одетые и уверенно себя чувствующие мужчины. Так, все больше старички дворниками наниматься, да одинокие матери с тремя детьми проситься лаборантами на неполный рабочий день…

— Какой разговор? — спросила тетка, еще ничего не понимая.

— Я — сотрудник сыскного агентства, — произнес Скелет замогильным голосом и сделал страшное лицо. Он знал, что баба немедленно попросит показать удостоверение, так что не стал этого дожидаться и сам положил его на стол.

— Вот как, — выдавила из себя кадровичка, прочитав то, что было там написано.

— Я хочу получить информацию от вас, — продолжал Скелет мрачно и добавил бессмысленную в данном случае фразу: — Вы очень поможете следствию.

Он знал, что на таких баб всякие бессмыслицы производят большое впечатление.

— А какую информацию? — задала осторожный вопрос тетка, у которой водка с портвейном и муж-забулдыга еще не отбили последние остатки здравого смысла.

— Простую, — отрезал Скелет. — Мне нужно личное дело одного вашего доктора.

— Это запрещено, — вякнула тетка и сделала официальное выражение морды.

 — Нужно разрешение главного врача.

— Да мне только взглянуть, — промолвил Скелет и добавил доверительно. — Дело срочное, некогда с главврачом разговаривать. Серьезное дело, я вам говорю.

— А какого доктора-то? — спросила кадровичка, в которой любопытство взяло верх над официальностью. На самом деле она с юности своей знала, что долг каждого советского человека — помогать «органам». А за время работы весьма привыкла к мысли, что главным ее начальником является вовсе не главврач-интеллигент, а куратор из КГБ…

Может быть, теперь сыграло свою роль то, что Скелет с его мрачным лицом и аккуратным костюмчиком очень походил на последнего куратора «оттуда», каким его запомнила благородная память кадровички.

Она всю жизнь гордилась тем, что имеет доверительные отношения с охранкой…

Эх, были времена, когда она отводила душу и писала этому куратору длинные бумаги о том, кто что сказал из врачей, кто собирается «отъехать» в Израиль, а у кого жена вернулась из загранкомандировки и вроде бы привезла лишние туфли.