Нелюдь

 — Я попробую забраться внутрь, и спрягаться там. Уж не знаю, как это у меня получится. А вы оставайтесь здесь. Если появится машина, любая машина, вы пригнитесь, чтобы вас не было видно. Поняли?

— Да, — кивнул Геннадий. — А что дальше?

— Дальше бандиты выйдут из машины и войдут в морг. Один, наверное, останется за рулем. Вылезайте тогда из машины, только незаметно, и постарайтесь приблизиться.

— И что делать потом? — нетерпеливо спросил Геннадий. Лицо его было сосредоточенным и серьезным. Такое лицо у него бывало в те часы, когда он проводил райкомовские совещания…

— Потом — по обстановке, — ответил Скелет.

Он тяжело задумался и произнес неуверенно: — Вообще-то лучше всего было бы дождаться, когда приедет Феликс. Пусть он войдет внутрь. Я думаю, что предварительные разговоры с бандитами займут не больше двух минут, а потом они уже начнут его убивать. Так что лучше всего было бы вам войти в морг следом за Феликсом спустя пару минут. Ну, а там уж — по обстановке.

— А может быть, сразу следом войти? — спросил Геннадий. — За две минуты они могут его убить… Не опоздать бы.

— Вам надо доктора спасти или вы хотите бандитов поймать? — строго спросил Скелет.

А поскольку Геннадий не нашелся, что ответить на столь прямой вопрос, сыщик повторил жестко: — Давайте определим приоритеты. Вы — заказчик, так что вам и решать… Что вам важнее — поимка бандитов, которые изувечили вашу дочь, или жизнь доктора?

Геннадий откинулся на спинку сиденья и вздохнул:

— Конечно, хотелось бы как-то совместить, — сказал он наконец. Потом вздохнул опять и добавил: — Все-таки он был женихом Юли… Да и в этом деле мы вместе стали действовать… Дорог, как память, не хотелось бы жертвовать…

— Дело в том, — объяснил Скелет, стиснув зубы, — что в ту минуту, когда Феликс будет только заходить, все бандиты будут напряжены и во всеоружии.

А спустя пару минут, когда он уже будет у них в руках, они расслабятся… Нам с вами будет легче с ними справиться, когда они уже будут расслаблены… Феликс уже будет связан или… Или убит. Вот тут появимся мы с вами, и у нас может получиться. А врываться вместе с входящим Феликсом — это гибель. Просто нарвемся на пули.

— Ладно, — вздохнул Геннадий. — Будем делать так, как вы сказали.

Вы меня убедили.

Скелет с интересом посмотрел на собеседника.

— Так вы согласны рискнуть Феликсом? — уточнил он на всякий случай и добавил для полной ясности: — Его могут действительно убить за эти две минуты.

— Вы это мне уже говорили, — отрезал Геннадий. — Совершенно незачем повторять дважды…

На лице его появилось жесткое выражение сталинского наркома, и он процедил:

— Приходится рисковать, ничего не поделаешь. Феликс мне все-таки не родная дочь… Лес рубят — щепки летят.