Нелюдь

Я-то не просто целовался с Хельгой… И все равно ничего про нее не понял и чуть не погубил себя.

— Будем считать, что это боевой трофей, — улыбнулся Геннадий, доставая рюмочки из настенного шкафа.

Он не мог их сначала найти, шарил впустую, и нашел только после того, как я ему показал. Я, к сожалению, знал, где они стоят…

Геннадий понял это и покачал головой. Что он мог мне сказать? Что он мог добавить к тому, что я уже полтора часа говорил себе сам?

Мы выпили по полстакана, вероятно, это было нам необходимо. Потом Скелет закурил сигарету и сказал:

— Геннадий Андреевич! Наступает торжественная минута, приготовьтесь пожалуйста.

Геннадий удивленно поднял на него глаза и, ничего не понимая, стал ждать продолжения этой неспешной речи.

— Вы заказывали поймать и уничтожить тех подонков, которые сделали с вашей дочерью то, что сделали… Двое убиты, а еще двое сидят в соседней комнате и могут быть убиты в любое удобное для вас время. Это могу сделать я, по вашему желанию, или вы сами, если вам так больше понравится.

Скелет перевел дух и, сделав глубокую затяжку, закончил:

— Насчет глаз и их выколупывания я вам с начала ничего не обещал, вы это помните… Так что если у вас сохранилось такое желание, то можете сделать это сами. Правда, я не хотел бы при этом присутствовать, это не по моей специальности.

— Да, — после некоторого раздумья ответил Геннадий. — Да. Вы сделали все, что обещали. Я вам очень благодарен.

Скелет оскалился и потушил коротенький окурок о плоскую пепельницу с видом Кельнского собора.

— Вы не могли бы облечь вашу благодарность в материальную форму? — аккуратно спросил он.

Геннадий понял, что пришло время расчета.

— У меня деньги дома, — ответил он. — Я вам, кажется, должен десять миллионов?

— Совершенно верно, — сказал Скелет. — Вы можете съездить. Машина у Феликса на ходу.

— Что, прямо сейчас? — удивился Геннадий.

— Ну да, — весело подтвердил Скелет. — И после этого мы сразу же приступим к следующей стадии.

Я вспомнил, что говорил мне Скелет о своих планах относительно пятисот тысяч долларов. Только тогда это было совершенно призрачной и нереальной перспективой, а теперь вдруг совершенно неожиданно приблизилось и стало досягаемым. Теоретически, во всяком случае.

Вспомнил и Геннадий.

— Вы и вправду считаете, что возможно вытряхнуть вот из этих уродов пятьсот тысяч долларов? — спросил он, кивая на закрытую дверь, откуда не доносилось ни звука.

— Из этих? — презрительно покосился Скелет. — Нет, про этих я ничего такого не думаю. У них нет и намека на такие деньги. Но через них мы сможем выйти на тех людей, у которых эти деньги есть.

— Как? — спросил Геннадий. — Как вы собираетесь выйти на этих людей?

— Это мы посмотрим, — ответил Скелет задумчиво.