(ненавижу) люблю тебя! (СИ)

Сильные чувства. На грани боли, за гранью безумия. Когда я впервые попала в дом Золотовых, моему счастью не было предела. Богатая семья, что решила меня удочерить! У меня, наконец, могли бы появиться мама и папа, но через время я поняла, какое жестокое разочарование приготовила мне судьба. Меня взяли, чтобы показывать, как зверушку, на светских приемах, писать обо мне в газетах, прославляя невиданную щедрость и доброту Золотовых. А их сын стал для меня кошмаром. Ведь я не придумала ничего глупее, чем влюбиться в него по уши!

(ненавижу) люблю тебя!

Глава 1. Женя. Мир против меня

Расписание на завтра, конечно, абзац! Зачем в выпускном классе физкультура? Я люблю физическую активность, но не седьмым же уроком! Да и спорта мне хватает в последнее время. В нашей элитной школе занятия спортом называются фитнесом, но суть от этого не меняется. Я тяжело вздохнула и закрыла глаза руками.

Вообще, хроническая усталость стала постоянным моим спутником. Как жаль, что я не умела спать урывками, например, между уроками.

Мои дизайнерские брюки держались с помощью широкого ремня. Иначе они упали бы прямо на дорогущий паркет. Белая блузка, чуть выглядывающая из застегнутого на все пуговицы блейзера, болталась как на вешалке. Но несмотря на все трудности я не жаловалась, ведь раньше всё было гораздо хуже и страшнее.

Резкий запах одеколона и вишнёвых сигарет заставил поморщиться. Я слишком сильно задумалась и пропустила появление "сиятельных" особ. Стиснув зубы и натянув счастливую улыбку, я развернулась на каблуках. Мои туфли неприятно скрипнули, я незаметно проверила не отвалился ли каблук. Вроде на месте.

— Смотри Алекс, приблудная изучает расписание. — громко крикнул один из них.

— Ты что Макс, эта бродяжка и читать-то, наверное, не умеет. — заржал Давид.

Он был самым злым и жестоким. Все выходки этой компании начинались и заканчивались его подзуживанием, и, конечно, с молчаливого одобрения их предводителя Александра.

— Конечно, умею! Иначе как бы я ответила на истории сегодня вместо тебя?

Крылья носа Давида трепыхнулись. Он подошёл опасно близко, замахнулся, но остановился в сантиметре от пощёчины. Я не дернулась, удержалась, но инстинктивно закрыла глаза, что развеселило моего обидчика ещё сильнее.

— Запомни, шавка, — зашипел мне прямо в лицо парень — ты, как была приблудной пигалицей, так ею и осталась. И этот дорогой маскарад ничего не меняет. Ты здесь чужая!

Он толкнул меня плечом и пошел по коридору.

— Пошёл к чёрту, придурок! — буркнула я и поправила манжеты на рукавах.

Я смотрела прямо на Золотова, он был единственным, чьё мнение меня интересовало, но видела лишь отрешенную пустоту в его взгляде. Ему было плевать и на меня, и на то, что со мной здесь делали. Он вообще не считал меня за человека.