Неоконченный романс
— Ну, господа хорошие, пора выезжать, присядем, по обычаю, на дорожку.
Они присели на минутку. Мужчины принялись загружать вещи в машину. Лена подошла попрощаться к Эльвире Андреевне. Женщина порывисто обняла ее.
— Немного жутковато одной на два дома оставаться, но ничего! Леша мне Флинта оставляет, а я по очереди то у себя, то у вас буду ночевать. — Она поцеловала Лену в щеку и тихо прошептала на ухо:
— Берегите себя и за Алешей по возможности присматривайте.
— Вы думаете, он позволит? — Лена скептически взглянула на ее сына, который уже закончил погрузку.
Обняв Эльвиру Андреевну, она поспешила к машине и села на заднее сиденье, потеснив Рогдая. Сын с матерью обнялись, ему для этого пришлось основательно согнуться, а Эльвире Андреевне привстать на цыпочки. Ковалев подтолкнул к ней Флинта. Женщина несколько раз мелко перекрестила сына, и они отъехали.
Через несколько минут, стремительно промчавшись по улицам поселка, джип свернул на тракт, протянувшийся от краевого центра до самой госграницы. На путь чуть более пятидесяти километров у них ушло почти полтора часа. Дорога постоянно шла вверх, взбиралась на перевалы, резко спускалась вниз, крутила бесконечные серпантины, петляла и пересекала многочисленные ручьи и притоки Казыгаша множеством мостов.
На биостанции их уже ждали. Женщины тут же засуетились вокруг Максима Максимовича.
Захватив пакет с сухим печеньем, она отправилась к небольшому домику, стоящему в некотором удалении от основных построек. За зданием помещался вольер из металлической сетки, внутри которого было несколько клеток с хищниками.
Девушка открыла калитку, ступила на деревянный тротуар. Откуда ни возьмись появился огромный ворон. Слегка подволакивая одно крыло, он подкрался сзади и принялся выклевывать блестящие заклепки на ее ботинках. Кинув пернатому разбойнику несколько печенюшек, Лена поспешила навстречу худенькой, сгорбленной старушке в поношенном трикотажном костюме.

















