Неоконченный романс

Неспешно миновав оторопевшего супруга, она опустилась в кресло напротив, насмешливо взглянула на него и поправила на коленях карабин. Повернувшись к Лене, пояснила:

— Прихватила на всякий случай, а то теперь такие мужья пошли, палец в рот не клади, по локоть руку оттяпают. Ну что же ты замолчал, дорогой Сашуня, продолжай. — Она спокойно, даже слегка улыбаясь, смотрела на раздосадованного и рассерженного Сашуню. И только маленькая синяя жилка, дрожащая на виске, показывала, с каким трудом дается ей это спокойствие. — Давай, развивай тему. — И, заметив, что его рука поползла к пистолету, слегка приподняла карабин. — Прежде чем ты к нему притронешься, я из тебя сделаю дуршлаг.

— Вера. — Лена попыталась ей все объяснить, но подруга махнула рукой:

— Не трать время на оправдания, я прекрасно все слышала, и предоставь теперь мне самой с этим стервецом разобраться. — Она стволом карабина столкнула пистолет с тумбочки. — Возьми-ка лучше пистолет, а то, не дай бог, мой бывший муженек захочет перейти к активным действиям.

Саша окончательно пришел в себя.

— Вера, я считаю, нам следует объясниться… — Он приподнялся с дивана и вдруг в прыжке попытался выхватить пистолет из рук Лены. Тяжелый приклад оказался тверже, чем его живот, и, выпустив со свистом воздух из легких, согнувшись пополам, Саша с открытым ртом рухнул на пол. Лена подскочила к Верке и встала рядом с ней. Подруга гадливо сплюнула.

— Вот и кончилась любовь, кончилась морока, — сказала Верка и повернулась к Лене:

— Честно говоря, Ленок, я давно заметила, что он к тебе неровно дышит, но все надеялась — перебесится, а оно вон как все обернулось. — Она сердито ткнула прикладом лежащего без памяти мужа. — Не на ту напал, голубчик. Думал, Верка Мухина — дура деревенская, все стерпит, но я как раз по-деревенски мозги-то и отшибу. И получишь ты, Сашуля, по девять граммов в каждый глаз вместо белого пляжа и яхты на синих волнах Средиземного моря.

Лена передернула затвор пистолета, убедилась, что он заряжен, и передвинула в боевое положение предохранитель. Саша завозился на полу, пытаясь встать на ноги, но Вера придавила его прикладом к полу:

— Живо переворачивайся на живот, руки и ноги разведи пошире…

— Вера, убери карабин и позволь мне подняться, я должен объяснить…

— Теперь ты мне уже ничего не должен. И если ты хотя бы шевельнешься, чтобы встать, я тебя пристрелю на месте.

Саша, заняв требуемую позицию, изловчился и, вывернув голову, взглянул на нее:

— Как бы тебе не пришлось обо всем пожалеть, Веруня!

Жена нацелила карабин ему в поясницу, потом спустила ниже.