Непобедимая и легендарная

Лозунг единой и неделимой России, который принимают на ура и большевики и монархисты, он ведь требует и практического наполнения. Сами собой эти «самостийники» никуда не исчезнут.

Но для начала нужно будет разобраться, кто тут такой умный, который все никак не может успокоиться после разгона петлюровского балагана. Да и с местными большевиками тоже стоит всерьез поговорить – как дошли они до жизни такой. У них тут прямо в центре города малороссов натравливают на русских, а они и ухом не ведут. Что это – глупость или измена?

При последних словах майора Османова комиссар Анатолий Железняков слегка поморщился, но возражать не стал. Действительно, на их долгом пути после выступления из Киева попадались такие, с позволения сказать, товарищи, что трудно было даже понять – от кого больше вреда – от таких услужливых дураков или откровенной контры.

Адмирал Пилкин хотел еще что-то сказать, но тут войсковой старшина Филипп Миронов посмотрел на майора Османова и коротко сказал:

– Пора, Мехмед Ибрагимович!

Османов кивнул, и войсковой старшина, подняв руку, скомандовал:

– Казаки, вперед, рысью марш-марш!

Хлопцы Махно и казаки Миронова почти одновременно появились на противоположных концах центральной площади Мелитополя, превратив ее в мышеловку. Конные отжали в сторону зевак и активных участников митинга прямо к стене городской управы. Кто-то возмущенно закричал, где-то пронзительно заверещала испуганная дамочка. Толпа, быстро придя в себя, стала дружно напирать на жиденькую цепь конных.

Майор Османов поднял вверх руку и громким командным голосом произнес:

– Граждане митингующие, сохраняйте спокойствие и порядок. Мы бойцы Красной гвардии. Попрошу всех присутствующих оставаться на своих местах. Обещаю, что после проверки все случайные свидетели будут немедленно отпущены домой.

Толпа несколько успокоилась. Через оцепление к Османову протолкался молодой человек, одетый в солдатскую шинель с красным бантом на груди и студенческую фуражку.

– Товарищи, – сказал он, – я Пахомов Николай Иванович, председатель Мелитопольского комитета РСДРП.

– А к какой фракции вы принадлежите, товарищ Пахомов? – спросил Османов, ловко спрыгнув с коня. – Похоже, что вы, Николай Иванович, все еще так и не определились, к кому примкнуть – к большевиками или меньшевиками?

Пахомов побледнел и судорожно сглотнул слюну. Пока он думал, как ответить на заданный ему вопрос, к ним тихо подошли спешившиеся Анатолий Железняков, Нестор Махно и Семен Каретник.

– Товарищи… – наконец собрался с мыслями Пахомов, – вы не подумайте чего – конечно же я за большевиков, можете не сомневаться.

– Ладно, товарищ Пахомов, этот вопрос мы обсудим позднее, – сказал Османов, доставая подписанный Сталиным мандат.