Непобедимая и легендарная

Раньше обычно на этом дело и кончалось, потому что германская пехота не могла наступать быстрее, чем перебрасываются по железной дороге резервы войск Антанты.

Но теперь в прорывы на вспомогательном направлении под Сен-Кантеном были введены несколько кавалерийских и «быстроходных» пехотных соединений, посаженных на грузовики, которым была поставлена задача в течение ночи с двадцать второго на двадцать третье форсированным маршем выйти на рубеж реки Соммы и занять по нему оборону с захватом плацдармов на противоположном берегу.

Примерно к полуночи эта задача была выполнена, после чего германская пехота, отпустив автотранспорт, принялась окапываться на плацдармах, а кавалерия (в основном выведенные с Восточного фронта венгерские гусары) углубилась еще на десять-пятнадцать километров с целью внесения сумятицы в умы генералов Антанты и ощипывания французских крестьян на предмет «курки, млеко, яйки, девки».

Под Камбре к кавалеристам присоединились новейшие панцеркампфвагены, причем возглавили колонну трофейные британские «ромбы», захваченные германской армией во время недавних боев под Реймсом. Грохочущие и лязгающие гусеницами машины были отремонтированы и подкрашены в традиционные цвета британской армии. При этом германские рабочие последними словами крыли буйную англосаксонскую техническую фантазию. Но танки Мк II и Мк III были нужны немцам только для обмана противника.

Во главе введенной в прорыв под Камбре германской конно-механизированной колонны двигались английские танки-перевертыши, на броне которых восседали немецкие солдаты, одетые в английскую военную форму и знающие английский язык. Что там дальше – кто же его разберет, ночь, темнота и не видать ни зги.

Таким образом, командование Антанты оставалось в полном неведении обо всем происходящем, пока на рассвете двадцать третьего июня германские панцеркампфвагены и кавалерия внезапным ударом не ворвались в Амьен, захватив центр города, мосты через Сомму и собственно железнодорожный узел, забитый эшелонами с военным имуществом. А позади них, бегом, как в августе четырнадцатого, следовала германская пехота, спешащая занять захваченную территорию. Англо-французское же командование поняло, что приближается катастрофа. Между английскими и французскими частями был вбит клин, который с каждым часом становился все шире и прочнее. Сражающийся в полуокружении Аррас был забыт, а все английские и французские резервы направлялись под Амьен, окончательная потеря которого грозила развалом единого фронта Антанты.

Став премьер-министром, Уинстон Черчилль оставил на своих местах почти всех ключевых министров, ибо смена коней на переправе не сулила ничего хорошего. А обстановка в мире была для Британии препоганой.