Непоседа

Впрочем, чего еще ждать от лекарей? Некоторые из них, к примеру, лечат больных горячкой плесневелым хлебом, а другие не рекомендуют дамам в интересном положении подкреплять свои силы вином!

Прежде чем осуждать такую нелюбовь к воде, следует понять несколько вещей. Если для питья и приготовления пищи, как правило, используют воду из колодцев и родников, то для мытья обычно считают пригодной воду речную. А когда чуть выше по реке только что прошло овечье стадо и пастух вымыл своего коня, когда все сточные канавы города в полном соответствии с законами природы ведут сверху вниз, к этой самой реке, когда традиционный метод погребения дохлой собаки или кошки — скинуть их с обрыва в реку…

Тут и впрямь трудно понять, чего больше от купания — пользы или вреда.

Благородный человек обязан жить в замке или хотя бы в большом доме. И если ты завел дурную привычку часто мыться, то рано или поздно тебя продует так, что не поможет ни заплесневелый хлеб и ивовая кора от лекаря, ни целебные заклинания от местного мага…

Конечно, северные варвары известны своим диким обычаем закрываться в маленьком деревянном домике, раздеваться там догола, лить на раскаленные камни воду, хохоча и напевая песни сидеть в облаке пара, а потом хлестать друг друга свежими вениками, обливаться ледяной водой и, по слухам, даже кататься голыми в снегу!

Конечно, жители Самаршана, трепетно относящиеся к воде, имеют схожий обычай — в большом каменном здании с окнами в потолке они возлежат на теплых мраморных лежанках, а потом забираются в бассейны то с теплой, то с холодной водой.

Но в цивилизованном королевстве благородный человек вполне довольствовался двумя купаниями — если был здоров и холост, тремя — если был здоров и женат, и чуть большим количеством, если был слабого здоровья и ему попадался совсем уж злобный лекарь. Для всего остального существовали: дожди; переправы через реки; вылитый в ночной час на голову ушат помоев (зачастую низменные помои чище, чем человек высокого происхождения); и многочисленные ароматические масла и настои, составляющие изрядную часть дохода алхимиков.

Однако Трикс был еще совсем молод и пока не избавился от свойственной детям странной привычки забираться в речную воду просто так, без всякой необходимости. К тому же его учитель Радион Щавель имел обыкновение каждый месяц, а то и чаще, мыться в большом тазу. Триксу он тоже рекомендовал следовать его примеру, а еще требовал, чтобы тот каждое утро мыл руки и лицо — так что в каком-то смысле юноша был подготовлен к водным процедурам.

Так что Трикс не удержался.