Непоседа

— На самом деле, — рассуждал Трикс, идя впереди и раздвигая метлой кустарник, — мудрое всеведущее существо никак не может быть злобным. Чем выше разум, тем добрее существо.

— А мне кажется, ум и доброта между собой никак не связаны, — пожала плечами Тиана. — У нас во дворце самая добрая фрейлина — глупая как пробка. Но добрая. Всем поможет, всех выслушает… А рыцарь-маг Гавар, к примеру, очень умный. Но злой.

— То есть ты хочешь сказать — чем больше ума, тем злее человек? — возмутился Трикс, считающий себя добрым юношей.

— Нет, я хочу сказать — это никак не связано. Доброта ни с умом не связана, ни с цветом волос, ни с формой носа. Она сама по себе.

— Ладно, если это умное существо будет злым, то оно поймет, что такое разъяренный добрый волшебник! — сурово сказал Трикс.

— А как ты думаешь, что это за существо? — спросила Тиана.

— Сфинкс! — завопил Трикс.

— Может, и Сфинкс, но чего орать-то? — удивилась Тиана. Сделала еще пару шагов вперед и воскликнула: — Сфинкс!

— Совершенно верное утверждение, но зачем повторять его дважды? — спросил Сфинкс.

Был он точно таким, как описано в легендах (хотя странно, конечно, кто мог бы увидеть сфинкса и его описать, ведь из всех легенд следовало, что в живых после встречи никто не оставался). Размером Сфинкс был с очень крупного слона или средних размеров дракона. Он обладал телом льва, крыльями орла и лицом прекрасной (хотя и с очень большим ртом) женщины. Сфинкс сидел на корточках посреди ущелья, перекрывая его начисто.

— Скажи, ты и есть то самом всеведущее существо, напрочь лишенное моральных качеств? — спросил Трикс.

— Верно, — ответил Сфинкс (отнести его к женскому полу, несмотря на некоторые явные признаки, было трудно). — Мне ведомо все, что творится на земле. Не бойтесь меня, дети!

— Хорошо, — пообещал Трикс. — А почему не надо тебя бояться?

— Потому что когда вы пугаетесь, то мясо приобретает неприятный вкус, — сообщил Сфинкс. — Поэтому я спешу вас успокоить — я съедаю не всех, кого встречаю, а только тех, кто не сможет ответить правильно хотя бы на один мой вопрос из трех.

— Я думаю, ты нас пугаешь, Сфинкс! — храбро сказала Тиана. — Что-то я не вижу здесь гору обгрызенных костей!

— Ну кто же бросает самое вкусное? — удивился Сфинкс. — Нет, после моего обеда ничего не остается. Я перевариваю даже доспехи, мне нужно железо для перьев.

Сфинкс расправил крылья, блеснувшие стальным оперением.

— Тогда странно, что ты вообще кого-то отпускаешь, — подозрительно заметил Трикс.

— Кто тебе сказал, что я отпускаю? Еще никто не смог ответить хотя бы на один мой вопрос. Вопросы я задаю только для того, чтобы человек успокоился и стал вкуснее.

— Хочу заметить, — сказал Трикс нарочито громко, — что я — могучий волшебник.

— Знаю, знаю, — кивнул Сфинкс.