Непоседа

Если бы женщинам можно было, я бы носила штаны. Ну, красивые какие-нибудь, с драгоценными камешками, вышивкой…

От ее слов Трикс немного успокоился и дошнуровал платье, завязав для надежности ленточки тройным морским узлом.

— Спасибо, — сказала Тиана, не оборачиваясь. — Тебе правда понравилось платье?

— Ага, — тихо ответил Трикс и сам себе показался похожим на Халанбери. — Очень понравилось.

— Оно похоже на свадебное, — сообщила Тиана. — У бабушки было очень похожее. Я на нее очень похожа, только бабушка была выше…

— Я видел памятник, — сказал Трикс и густо покраснел.

Тиана покраснела тоже, но Трикс этого не видел.

— У нее еще волосы были очень длинные и густые, — сказала Тиана.

— Да, очень! — пылко сказал Трикс. — Совсем ничего не видно, с какой стороны ни подходи…

Он замолчал и мысленно со всей силы двинул себя по лбу. Поскольку у хороших волшебников даже мысли обладают силой, то лоб немного заболел.

— Она очень переживала за свой народ! — пылко сказала Тиана. — А на самом деле была очень скромная и хорошего воспитания… и я ею очень горжусь!

— Конечно! — поддержал ее Трикс. — Я ни капельки не сомневаюсь, ты сделала бы то же самое!

Наступила неловкая тишина.

К счастью, в этот момент к ним подскочил заскучавший Халанбери и воскликнул:

— Ага! Все с тряпками возитесь? А я вот что нашел, ага!

Он торжественно протянул грязную ладошку, на которой в свете факела ярко блестела монетка.

— Самаршанский четвертьдинарий, — сказал Трикс, с облегчением и сожалением одновременно отступая от Тианы. — Новенький, с профилем Абнуваса! Это наверняка обронил три года назад Алхазаб.

— Значит, мы на правильном пути… — с легкой обидой глядя на Халанбери, сказала Тиана. — Надо же… Щавель был прав, ты дал хороший совет!

— Что Щавель прав, я не удивляюсь… — сказал Трикс, возвращая монетку в требовательно протянутую руку. — Где ты нашел монетку?

— Там! — показал Халанбери в темноту.

— Зачем ты туда ходил? — напустилась на него Тиана.

— Надо было, — не стал вдаваться в уточнения мальчик.

— Пойдем, — решил Трикс. Выжав (очень бережно) мокрую ассасинскую одежду Тианы, он спрятал ее в вещмешок, решив просушить позже. Третий, последний факел он решил пока не доставать и не зажигать. — Значит, дело было так. Алхазаб, заблудившись в пустыне, укрылся от песчаной бури в руинах. Поднятый в воздух песок осел на волшебной стене и он увидел надпись. Прочитал ее… и каким-то образом угадал волшебное слово.

— Да он, может, только одно волшебное слово и знал, — фыркнула Тиана. — «Пожалуйста…»

— Потом он пошел вниз, дверь за ним захлопнулась, он спускался все ниже и ниже, в полной темноте… ну, может, факел какой-то соорудил, прежде чем в дверь сунуться… — размышлял вслух Трикс.