Непредвиденные встречи (сборник)

Конструкция на экране быстро увеличивалась, и теперь стало заметно, что с каждой пульсацией света на концах труб все гигантское сооружение искажается, расплываясь в очертаниях, и тут же резко, скачком, обретает былую четкость контуров.

– Доложите обстановку, - запищал в наушниках центр.

Гордоншах некоторое время соображал, что докладывать:

– Цель вижу хорошо, огромное тело необычных форм. Предполагаю, что это чужой…

– Продолжайте наблюдение, - оборвал его центр, - фотографируйте. Об эволюциях докладывайте каждые две минуты.

– Принял, - со вздохом сказал Гордоншах.

Неизвестное тело полностью закрыло экран своими страшными трубами, в жерло каждой из которых свободно мог уместиться весь дивизион со всей его техникой.

– Цель прошла зенит. Скорость семь, высота сорок восемь…

– Ну и чудище! - сказал Ширмамад и закашлялся. - Вот было бы смешно, влупи мы в него свои ракеты!

– Не отвлекайся, - пробормотал сквозь зубы недовольный Гордоншах. - Может, еще придется.

Летящий за пределами тропосферы исполин пересек линию терминатора и укатился за горизонт.

– Ушел, - с сожалением сказал Гордоншах, снимая наушники. - Неужели не узнаем, что это было? - Подумав, отдал наушники Ширмамаду. - Посиди один. Если будет что срочное - позовешь, мы подышим свежим воздухом.

Офицеры полезли из помещения КП в наступающее утро.

Тишина в ходовой рубке крейсера стояла такая, что биение собственного сердца отзывалось в ушах канонадой. Лозински покосился на бесстрастного Сонина и вспомнил старинное изречение: "Научи меня, господь, спокойно воспринимать события, ход которых я не могу изменить, дай мне энергию и силу вмешиваться в события, мне подвластные, и научи мудрости отличать первые от вторых".

Что ж, в их положении изречение полностью отвечало состоянию вещей. Старт из Солнца в спейс-режиме закончился в неизвестности и изменить здесь что-нибудь было уже невозможно.

Беззвучно открылся люк, и в рубку вошел Климов. Был он невысок, хрупок, изящен, и лишь мелькавшие в слегка запавших черных глазах иронические огоньки позволяли отнести его в разряд людей, знающих, на что они способны.

Подойдя к подкове пульта, в выемке которого стояли кресла командира и бортинженеров, он бросил в пустое кресло шлем мыслесвязи - эмкан - и сел рядом с Лозински.

– Дистанционное управление не работает. Мыслесвязь сейчас бесполезна, как бинокль слепому.

Лозински исподтишка разглядывал двоих спасателей и думал, что эти в общем-то очень разные люди в чем-то разительно схожи.