Непредвиденные встречи (сборник)
Истина оказалась такой невероятной, что в нее отказывались верить: владельцы звездолета были… людьми! Землянами! "Звездной войны" под вывеской "Земля против космоса", о которой в шутку поговаривали в Аллахабаде и которую всерьез готовил Сарварцентр, не получилось. Иранистан воевал не с чужими разумными существами, а со своими братьями по крови и родству, вернее, со своими праправнуками! Правда - с шурави, неверными! На борту звездолета оказался лишь один уроженец Персиюга, да и тот не мусульманин.
В день, когда терпение Сарвар-центра окончательно иссякло, от звездолета отделилась вдруг блестящая капля и плавными прыжками двинулась к цепочке уползавших ракетных установок.
Тело оказалось летательным аппаратом, внутри которого находились двое людей: мужчина в белом комбинезоне и мальчик лет десяти в таком же, но красном комбинезончике. По счастливой случайности они остались живы, хотя летательный аппарат буквально развалился на куски. Кроме пострадавших никого и ничего в аппарате не оказалось, но спустя несколько минут со стороны звездолета показался летящий без крыльев и других видимых приспособлений второй пришелец.
– Что дальше? - спросил Гордоншах, нетерпеливо поведя плечом. - Что замолчал?
– Прилетели еще двое со звездолета, для выяснения обстоятельств нападения. Держатся спокойно, без страха. - Абдулхарун сплюнул на пол. - Я слышал записи их переговоров с шишками из Сарвар-центра. Говорят они на странной смеси северных и атлантических языков, так что понять их трудно. Наши еще раз предъявили им требование покинуть звездолет, сдать имеющееся на борту оружие и объяснить принципы его действия. Все это якобы для компенсации "убытков" - уничтоженного озера с рыбозаводом… которого, конечно, никоща не было, "поселка" на берегу - на самом деле двух домиков дервишского кемпинга, и "станции космической связи" - в действительности старого телефонного ретранслятора.
– Оба первых гостя сейчас в тюремном бункере, в том числе и раненый.
– А ребенок? - поинтересовался Гордоншах.
– Ну и что? - Гордоншаху стало жарко, и он расстегнул воротник куртки.














