Непристойные отношения

Работа тяжелая, по двенадцать часов на ногах и график ненормированный. Да и штрафуют за все подряд.

— Если ты работаешь здесь, то как в офисе моем оказалась?

— Так вот как раз на собеседование пришла, чтобы не уходить в никуда. Ну а дальше… вы знаете. Клянусь, я, правда, не специально, — косится на мою оголенную грудь. — Очень больно?

— Мне так стыдно, — тупит глаза в пол. — Но я просто сегодня немного рассеяна. Новость одну узнала…

— Ну… как сказать… — увиливает. — Вот, хожу весь день, думаю.

Забавное совпадение. Я сегодня тоже новость одну узнал…

От чего-то просыпается неподдельный интерес.

Дожил — треплюсь с официантками. Конечно, с кем еще убить вечер в тридцать три холостому миллионеру, как не со вчерашней школьницей.

Делаю последнюю тягу и, выдохнув дым, топлю окурок в урне.

— На метро. Пока не закрыли.

— Поехали, подброшу, — достаю из кармана брюк ключи и, не удержав, с лязгом роняю на асфальт.

Девчонка подрывается первой — резво поднимает связку, но держит в руках, отдавать не спешит.

— Простите, может, это не совсем мое дело, но… вы пьяны. И сильно.

— Я хорошо вожу. И начальник центрального ГАИ — мой друг.

— Тогда он непременно придет на ваши похороны. Извините за грубость, но вы не просто пьяный — вы пьяный в доску. Это небезопасно!

А вот это уже реально интересно.

Обычно девушки в моем присутствии ведут себя иначе: заглядывают в рот — ни слова поперек, кокетничают, делают вид, что она «не такая» или откровенно лезут в трусы. А потом в карман. Или наоборот. Но эта Юла… или как ее там, экземпляр однозначно необычный.

Неожиданно вечер начинает играть новыми радужными красками.

— Ну, поехали тогда, — киваю на парковку и, опустив руки в карманы, вальяжно топаю к белоснежному «Бентли».

— Ну я же пьяный, а ты сама говорила, что сделаешь все, что угодно, — оборачиваюсь, оценивая ее с ног до головы. — Так делай.

Понятия не имею, зачем творю всю эту херню. Впрочем, разберусь по ходу.

Водит она, конечно, как истинная женщина: аккуратно, за руль держится двумя руками, на лице печать напряжения.

— Да расслабься ты, — откинувшись на спинку кресла, выдыхаю дым «в форточку».

Хмурится, стреляя взглядом в зеркало заднего вида. Кто-то чересчур нервный на корыте позади психует, что мы плетемся шестьдесят километров в час.

— Да хватит уже! — не выдерживает и тут же тушуется: — Простите. Нервничаю, впервые за рулем такой машины. Она же бешеных денег стоит!

— Ну не таких уж. Всего восемь миллионов.

Глаза бедняжки округляются и стрелка спидометра резко катится еще ниже.

Это реально забавляет. А что, я никуда не спешу. Ночь длинная…

Смотрю на ее обтянутые нейлоном колени, на серьезный профиль лица. Грызет губы, волнуется.

Снова опускаю взгляд на колени.

Интересно, это чулки? Я люблю чулки.