Непристойные отношения

Я с самого начала знала, что все это: свадьба, показуха, совместные фото для интернет-статеек — это несерьезно! И Илья это знал. То, что случилось… было помутнением рассудка, порывом. Наш брак просто фарс, который неожиданно зашел слишком далеко. Так далеко, что сейчас, сидя в такси со своим законным парнем, я чувствую себя до тошноты паршиво.

Мой парень — жив!!! А я еду и думаю о том, как там сейчас Илья…

Оборачиваюсь на Гену и смотрю на него словно впервые. Мы были вместе совсем мало, но я успела его полюбить… или думала, что полюбила. Привыкнуть я к нему успела точно, а сейчас, смотря на него, мне кажется, что это совершенно чужой и незнакомый мне человек.

Почему я сейчас здесь, а не там? Что вообще происходит?

— А ты, скучала? — он улыбается еще шире, а я не знаю, что ему на это ответить.

Да я тебя похоронила! А ты спрашиваешь так буднично, скучала ли я??

— Где ты был все это время, Ген? — голос хриплый и вообще похож на чужой. — Где ты был?

— На Кавказе. Жил в горной деревне.

Так просто. Словно его не было всего лишь каких-то пару дней. И эта его безмятежность вызывает внутри несоответствующую ситуации бурю негодования.

— Почему ты мне даже не позвонил? Ни разу! — голос срывается. — Ты мог просто набрать и сказать, что жив? Я же… я же с ума сходила, понимаешь? Ночами не спала, рыдала, когда в сети появились те новости о сходе лавины! Себя во всем винила! Это чувство вины, что это я проспонсировала твою смерть меня просто убивало, я думать ни о чем другом не могла! А ты в это время преспокойно катался на сноуборде и пил глинтвейн!

— А как ты вообще узнал где я?

— Зашел в «КотоПес» и хозяйка, как ее… в общем, не столь важно, дала мне твой новый адрес.

Сказала, что теперь ты живешь там.

— Но как ты вообще вошел на охраняемую территорию? Там же везде камеры, кодовые замки.

— Какая-то дамочка выгуливала собаку, я напросился войти с ней. Сказал, что Илья Шторм мой двоюродный брат и что я хочу сделать ему сюрприз.

Он гладит мое лицо, улыбается, а я до сих пор не могу поверить во все происходящее.

Да, я собиралась на его поиски, но все это казалось мне каким-то чужим, далеким. Что это будет когда-то потом, да и будет ли. А Илья был постоянно рядом, он помогал мне, мы спали в одной постели, мы едва не…

В один момент мир просто перевернулся.

И самое страшное, что я не чувствую огромной радости. Я чувствую смятение. И какое-то опустошение, словно моя душа — выжженная пустыня.

Мой парень — жив, а я не ощущаю себя счастливой. Мне кажется, что я попала в расставленную самой же собой западню.

— Не хочу, — сцепив пальцы в замок, смотрю на свое отражение в столешнице и нихрена не понимаю. Это какой-то долбаный сюр, не иначе.

— Ну, как знаешь, — опрокидывает в себя коньяк и тут же наполняет стакан снова.