Несчастье

И поза такая, что я вспыхиваю моментально! Потому что он лежит между моих ног, которыми я его обнимаю, его лицо напротив моей груди, он все еще держит руки и смотрит снизу вверх… И я клянусь, что вижу огоньки в его голубых глазах и слышу все мысли, которые проносятся в голове. Все до единой слышу!

– Угу, – киваю ему, смущаясь. Я сама подписалась на это…

Но Саша не спешит делать вообще ничего. Он не отпускает руки, не щекочет снова, совершенно не двигается, только смотрит и смотрит в глаза, заставляя щеки пылать. Но взгляд не отвожу, я не проиграю эту битву!

– И целовать можно? – спрашивает.

Снова киваю.

– Тебе все можно, – зачем-то шепчу, совершенно не контролируя свой язык. Рядом с Сашей я не контролирую ничего! Ни язык, ни тело, ни мысли… Но не жалуюсь. Я готова отдавать весь контроль в его руки, у него отлично получается руководить всеми процессами.

Он принимает мои слова, еще пару секунд тормозит, а потом наклоняет голову, смещаясь немного ниже. Истерзанные ребра теперь покрывает ласковыми поцелуями. Это тоже немного щекотно, но щекотка нежная, не вызывает истерики, только легкую улыбку и сотни мурашек в местах, где горит кожа от поцелуев.

Пока целует, свободной рукой ведет по бедру, легко пробираясь под огромные шорты. Я чувствую, как плавлюсь в его руках, теряю мысли, теряю пространство и окружающий нас мир.

Саша легко выключает вокруг меня все, оставляя только себя. Ну он точно колдун, теперь я убедилась.

Руки горячие, он сам весь горячий! Мой голый живот соприкасается с кожей на его торсе, и кажется, что он просто горит. И от ладони тоже остаются ожоги, пока он скользит по бедру вверх-вниз, с каждым разом пробираясь все дальше и дальше.

Дрожу. Не могу держать себя в руках, дрожу с каждой секундой только сильнее.

Рука Саши движется выше, на ягодицу. Пальцы ощутимо сжимают, затем он ведет по боку, пробираясь выше, словно проверяя, есть ли на мне белье. Нет, Саша…

– Мать твою, – рычит, когда не находит то, что искал. Утыкается лбом мне в грудь, дышит тяжело. – Что ты творишь со мной? – спрашивает ровно то, что я спрашивала у него несколько часов назад. И я зеркалю, не задумываясь даже, отвечая:

И пути назад больше нет. Его в целом с самого начала не было, но после этих слов все, что было «до», стирается напрочь.

Стены рушатся, стоп-краны срываются, все, что мешало нам быть вместе, взрывается фейерверком прямо над нашими головами.

Я не соображаю вообще ничего, даже на мгновение забываю, как меня зовут, когда Саша рывком поднимается и целует меня в губы. Глубоко и страстно, горячо, жарче, чем всегда до этого!

Он не просто меня удивляет, он буквально сбивает с толку своим напором, я едва успеваю отвечать на поцелуи и не контролирую вырывающиеся из горла стоны.

– Лена, – отрывается он от меня, заглядывая в глаза.