Несчастье

Коровина-то вообще ничего не умеет и нигде профессионалом так и не стала.

Меня очень обижают эти слова, и Саша сам понимает это, я вижу и чувствую. В моменте он хочет ко мне повернуться, потом, видимо, до него доходит, что я не одета, и продолжает стоять спиной.

– Лен, – говорит он негромко и примирительно, но мне такой тон уже не нужен. Мне обидно, правда обидно! Я изо всех сил стараюсь, через боль и слезы, но даже мой хороший друг, как мне казалось, считает, что я занимаюсь чушью.

– Уходи, Саша. Просто уйди.

И он уходит. Психует сильно, правда, снова меня удивляя. И дверью хлопает так громко, что мне даже страшно становится.

Ну вот, я на грани того, чтобы расплакаться, а я терпеть не могу плакать! И чего это я? Сколько раз мне Влад намекал на то, что я бездарность, никогда такой реакции не было. А от Саши сразу слезы подкатывают.

Так, стоп! Не сметь! Не буду я плакать из-за этого! Вот-вот игра начнется, мне нужно будет отыграть свою роль, а потом тихонько уйти домой, потому что, честности ради, видеть я сейчас не готова совершенно никого.

Стираю две соленые дорожки со щек, которые все-таки успевают сорваться, быстро моргаю, прогоняя слезы, и таки надеваю костюм. Ну… Удобненько! Мягко очень, жарковато, правда.

Подхожу к зеркалу, хихикаю. Такие бедра у меня… Никогда таких не было! И расцветка классная, не типичная черно-белая. Я коровка розовенькая, классная такая, мне нравится!

Достаю телефон и записываю Полинке кружок, как обещала. Кручусь перед камерой, и ровно в этот момент дверь снова открывается! Не кабинет, а проходной двор, блин…

– Ой… Я думал, ты уже готова, – говорит Влад, и я чувствую, как смущаюсь. Почему-то… Он просто сегодня такой добрый со мной, мне непривычно!

– А я да! Вот, голова осталась! – хватаю ее, показывая ему, словно он не видел.

– Помочь? До игры десять минут, мне надо тебя отвести к выходу и кабинет закрыть.

– А… Да, пожалуйста. – Он снова меня смущает! Передаю свою голову, ну, то есть голову коровы… Блин! Голову от костюма! Передаю ему в руки и жду его помощи. Мы как-то очень близко, обычно в книгах или фильмах это означает что-то хорошее. А сейчас?

– Убери волосы наверх, – говорит он, и я быстро вяжу пучок, немного жалея укладку, которую делала перед выходом минут сорок. – Так, отлично. Давай.

Голова оказывается на моей, и она жутко тяжелая! А еще немного неудобная. Тут плоховато видно, тяжеловато дышать, да и в целом местечко не самое уютное. В самом костюме чуть получше, конечно, скрывать не буду.

– Что-то давит сзади, – говорю ему и чувствую, как Влад… оказывается сзади меня. Ой…

Он проникает пальцем под часть костюма, касаясь моей шеи, и убирает что-то оттуда, что мне кололо.

Лучше, только почему-то дышать тяжеловато от всей этой сцены.