От одного Зайца

 – Володька ведь такой упрямый… Он так до ночи тут просидеть может! Из принципа! И что, мне с ним тут торчать столько времени?

– Да уж! – улыбнулся Артем. – Не завидую тебе, Ритусик! Удачи!

С этими словами Заяц развернулся, чтобы уйти. Я в панике его окликнула:

– Тема!

Парень вновь оглянулся.

– Может, ты подзовешь его? – криво улыбнувшись, попросила я.

– Мать твою! – рассердился Заяц. – Ромашкина, только я убрался от него подальше и меня немного отпустило.

– Володька! Володька! – вновь позвала я. – На обиженных воду возят! Володька, пойдем!

Но только я сделала пару шагов в сторону пуделя, тот опять зашелся лаем.

– Ну Володька! – обратилась я уже к Зайцу. – Тьфу ты, Артем! Ну помоги! Надо, чтоб он хотя бы задницу с асфальта поднял, да пару шагов сделал… Может, разгуляется?

Тема усмехнулся. Затем присел на корточки, вытянул вперед руку и присвистнул:

– Владимир…

– Володька! – встряла я, поправив парня.

– Какая разница? – рассердился Артем.

– Вообще-то большая! Он только на Володьку откликается.

Заяц тяжело вздохнул и вновь ласково позвал:

– Володька? Дружище, иди сюда!

И тут Володька, как по взмаху волшебной палочки, поднял свою упрямую задницу и вразвалочку направился к Артему. Заяц, по-прежнему сидя на корточках, стал пятиться.

– Рита! Он идет ко мне! Что делать?

Я запрыгала на месте от волнения.

– Не знаю… Возьми его на руки?"

"– С ума сошла? Хочешь, чтобы я коньки отбросил? Я же сразу начну чесаться! А мой бомбер потом выбрасывать придется…

Володька продолжал не спеша идти к Артему.

– Может, завернем его в мою толстовку? – предложила я. Под ней у меня еще была шерстяная клетчатая рубашка с длинным рукавом.

Действовать нужно было быстро. Я стянула с себя толстовку и бросила в руки Артему. Тот подхватил Володьку и завернул его в мою кофту.

– Держи! – стал передавать мне пуделя Тема. Только я протянула руки, чтобы взять Володьку, как тот снова зарычал.

– Ты уверена, что в детстве все обошлось одним ботинком? – настороженно поинтересовался Заяц. – Ощущение, что ты швырнула в него целый обувной отдел. Мне даже страшно отдавать тебе Володьку… Живодерка!

– Ботинок-то там мой был… Тридцать второго размера! – поморщилась я. – Может, он просто в тебя влюбился?

– Мне безумно льстит, что на меня позарился сам Володька! – угрюмо отозвался Артем. – Но как теперь мне от него отвязаться? У меня уже снова защипало в носу…

А пудель, кажется, решил поудобнее разместиться на руках у Темы. По крайней мере морда у него в этот момент была довольная, если не сказать блаженная.

– Давай отнесем его к моей бабушке? – растерянно проговорила я. – Она живет тут во дворах, за кинотеатром…

– А она уже… – Артем хлюпнул носом, – вернулась из собеса? Там, знаешь, такие очереди бывают.