Невеста для босса

Они подрагивали на смуглой гладкой коже, под которой перекатывались упругие мышцы, и стекали вниз. Стекали и стекали, расплываясь мокрыми пятнами на резинке шортов…

Дышать стало трудно, мысли куда-то разбежались.

– Ой, – пискнула я, опомнившись, и отвернулась.

Надеюсь, босс не заметил, как я на него пялилась.

– Доброе утро, ранняя пташка, – проговорил босс как-то подозрительно весело. Точно заметил…

Он прошлепал босиком, обхватил сзади сильными руками, притягивая к себе, и поцеловал в макушку. Колючие сладкие мурашки мгновенно рассыпались по всей коже, даже по лбу и по щекам. И вовсе не потому, что руки и тело, к которому меня крепко прижали, были прохладными, словно босс обливался холодной водой. А может, и обливался. Носа коснулся едва заметный коктейль запахов терпкого геля и чистой мужской кожи. В голове стало пусто, захотелось запрокинуть ее на мускулистое плечо, закрыть глаза и обмякнуть. И стоять так долго-долго, не шевелясь. А потом слегка развернуть лицо и… Я сглотнула пересохшим горлом, пытаясь прийти в себя. Так. Это совсем неправильные мысли. И ощущения тоже неправильные.

Головокружение, подкашивающиеся коленки, блаженная слабость, дурман в голове и полное отсутствие здравого смысла – в общем, все вчерашние симптомы на месте. С одной лишь разницей: теперь я не смогу списать это все на шампанское. Я осторожно высвободилась, сделала шаг вперед и, не оборачиваясь, как можно спокойнее сказала (хотя до спокойствия мне было очень далеко):

– Ведь сейчас нас никто не видит и нам не перед кем притворяться, верно?

Сзади раздался смешок, и меня снова сгребли в прохладную охапку.

– Вчера нас тоже никто не видел, – вкрадчивый хрипловатый шепот прозвучал прямо над ухом.

От легкой хрипотцы в его шепоте, от случайного прикосновения прохладных губ, от дыхания, скользнувшего по шее, в позвоночнике стало щекотно, и что-то сладко вспыхнуло в животе. Волосы на затылке моментально встали дыбом, от макушки до пят словно электрические искры проскочили, расплавляя по пути все косточки до единой. Будоражащий контраст прохладных губ и горячего дыхания сводил с ума, кружил голову, где и без того все помутилось. Да, его дыхание было совсем не прохладным. Таким дыханием запросто можно было сжечь пару домов. Или одного глупого секретаря, который вот-вот растает и растечется лужицей на полу.

Стоп! Надо срочно собраться с мыслями, которые где-то спрятались, и сказать… сказать… Что сказать? Черт! Нет, так нечестно, нечестно и неправильно. Он ведь сам обратился ко мне с просьбой – спасти его от бабушки. А всего остального в нашем договоре не было. Ни того, что мы окажемся в одной постели, ни того, что он решит по утрам обнимать меня и дышать над ухом.