Невеста эльфийских кровей

Нирия стояла рядом, придерживая корзинку и с явным разочарованием изучая тоскливый пейзаж. Эльфы тоже не могли ничем ободрить. Ринка не стала спрашивать, но она могла бы поклясться, что среди ее охранников есть и те, кто принимал участие в штурме Джиттинат. Если не сами лично, то их знакомые, братья, отцы…

Каждый эндиль в свое время внес лепту в падение замка.

– Не стоит задерживаться здесь, аэри, – капитан сделал вид, что не понял последних слов. – Место плохое, аура тяжелая. Тут пролилось много крови с обеих сторон.

– Я хочу осмотреть развалины.

Ринка решительно двинулась к остаткам насыпи. Было что-то детское в упрямстве, с которым она шагала.

За спиной взвизгнула Нирия:

– Смотрите! Там кто-то есть! Ой, мамочки родные!

Пара гвардейцев метнулись вперед, на бегу выхватывая мечи.

Ринка рассерженно обернулась.

– Кто может быть в этой глуши? Разве что призраки?!

Нирия виновато икнула.

– Простите, аэри, я что-то увидела…

– Да нет, это явно не призраки, а кое-кто вполне материальный, – проворчал капитан.

Гвардейцы уже возвращались, и не одни. Они тащили за собой тощего старика в драном балахоне, уже утратившем первоначальный цвет. Старик визжал проклятья, брызгал слюной и отбивался. Его нечесаные волосы давно свалялись в единый колтун, всклокоченная борода торчала в разные стороны, а на сморщенном, перепачканном грязью лице горели одни глаза. И в них не было ни единого проблеска разума.

– Кто это? – выдохнула девушка, когда старика швырнули в ноги капитану.

Тот взял его за волосы и заглянул в лицо. Потом процедил, отпуская:

– Какой-то безумец. Мало ли их бродит в этих развалинах.

Но интуиция назойливо шептала, что это не простая случайность.

Решившись, Ринка двинулась к старику. Сейчас они не в Луаризели, а значит, никто не запретит ей использовать магию. Конечно, читать мысли, как Эландриль, она не умеет, но вполне может успокоить этого несчастного, внушить ему, что он среди друзей, что бояться нечего, что все хорошо…

– Аэри!.. – начал капитан, разгадав ее замысел.

Ринка жестом приказала ему молчать.

Но стоило ей приблизиться к старику, как тот вдруг заскулил, съежился на земле, будто боялся, что она начнет его бить. Даже уши прикрыл узловатыми ладонями.

– Тише, все хорошо… Не бойся, тебя никто не обидит.

Ринка заговорила с ним, как с животным. Испуганным и раненым. Присела на корточки, осторожно протянула руку и прикоснулась к плечу. Погладила.

Теплый поток устремился из нее сквозь руку, сквозь пальцы. Она физически ощутила его.

Старик дернулся всем телом и задрожал.

– Все хорошо. Тебе никто не причинит вреда…

Осмелев, безумец приподнял голову. Волосы закрыли ему лицо, сделав похожим на болотного духа. Но Ринка не сомневалась: старик прекрасно видит ее.