Невеста эльфийских кровей

Скажете, что я его жду, что это дело государственной важности и касается проклятия эльканэ, – отчеканила холодно. И уже мягче добавила: – Это единственный выход. Ступайте.

Здесь ничто не сдерживало ее силы, жаль только, что она не догадалась воспользоваться ими в карете, когда ее тащил тот… Диггарм.

В душе шевельнулось запоздавшее сожаление. В моменты сильных волнений дар срабатывал сам, а мог и не сработать. Управлять им сознательно получалось, только если она могла спокойно сосредоточиться. Например, как сейчас.

– И что мы будем делать? – произнес Брент, провожая взглядом эльфийскую кавалькаду.

– Ну, раз мы не можем войти в город, я предлагаю спешиться и спуститься к ручью.

Он перевел вопросительный взгляд на нее.

– И светлейшая аэри не побрезгует остаться в компании уркха?

Ринка вздохнула. Это был все тот же Брент, что спас ее из застенков Таатагана. Но что-то изменилось между ними. Что-то было не так, как прежде.

Возможно, изменилась она сама?

– Я никогда не побрезгую тобой, Брент, – прошептала, глядя ему в глаза.

И резко отвела взгляд, не желая бередить не заросшую рану.

Потом. Сейчас есть дела поважнее. И она не просто так пожелала остаться с Брентом вдвоем.

Они были уже у ручья, когда уркх нарушил молчание.

– Что ты сказала о проклятии эльканэ?

Ринка запнулась о камешек, но сильная рука подхватила, не дала упасть. Девушка внимательно посмотрела на уркха. Затем тихо произнесла:

– Я кое-что нашла в Джиттинате.

Ее рука скользнула за ворот и вытащила Луннар. Черный камень мягко светился у нее на ладони.

Уркх подобрался, шумно втянул носом воздух.

– Магия крови, – прохрипел, сдерживая Зверя внутри. – Очень древняя магия.

Ринка кивнула в знак подтверждения.

– Охотились не за мной. Думаю, темные эльфы пришли за этим.

Времени хватило только на то, чтобы рассказать о признании отца. Ринка постаралась сделать это без лишних эмоций. Брент и так поймет все, что осталось невысказанным.

Уркх еще успел прижать ее к себе, как ребенка, погладить по светловолосой макушке, делясь своей силой и уверенностью:

– Все будет хорошо, маленькая аэри.

Ринка закаменела от этих слов. С трудом сдержала желание оттолкнуть его, крикнуть:

«Я не маленькая уже! Разве не видишь?!»

Но она заставила себя промолчать.

А потом появился Лиатанари верхом на взмыленном скакуне. И его лицо не предвещало ничего хорошего.

Точнее, сначала в нескольких метрах от них вспыхнуло зарево. Яркий луч разрéзал пространство, словно раскаленный нож – масло. И из прорехи вылетел великолепный скакун цвета агата со среброволосым эльфом в седле.

Лиатанари резко осадил коня, тот взвился на дыбы и скосил недовольный глаз на застывшую парочку. А сам регент, пружинисто спрыгнув на землю, двинулся на Ринку с явным намерением открутить той ухо.