Невеста эльфийских кровей

Живя в монастыре, она не раз пыталась выяснить хоть что-нибудь о своем происхождении и эльфийских корнях, но любые расспросы на эту тему немедленно пресекались. Пару раз матушка Ильза даже выдрала девушку дубовыми розгами, вымоченными в соленом растворе, и заставила стоять на горохе, трижды по десять раз читая молитву покаяния. «Любопытство есть смертный грех!» – приговаривала она, орудуя розгой.

Это отбило у Ринки охоту задавать дурные вопросы. Но она не оставила попыток узнать о себе хоть что-то. Вскоре в школе заметили, с каким прилежанием сирота Ринкьявинн штудирует монастырскую библиотеку. Она проводила там все свободное время, изучая старинные книги. Но если в них и были какие-то упоминания об эльфах, то только вскользь.

И уж точно там ничего не было о том, что сказал мэтр Лавьер.

– Уводили? – переспросила она, не веря своим ушам. – Куда? Зачем?

– Да кто его знает? Просто забирали и все. И совсем молоденьких девушек, и женщин постарше. В основном молодух. Здоровых, грудастых. От малых детей забирали. Посмотрит такой эльф ей в глаза – и все, молодка пропала. Забудет про дом, про дитё и про мужа. Идет за этим гхарровым эльфом как коза на веревочке, слюни пускает. И больше никто ее не увидит.

– Что – мужчин? – он нахмурился, не понимая вопроса.

– Мужчин тоже забирали?

– И мужчин. За ними приходили эльфийки. Смотришь: тощая, прозрачная, что с нее взять? Только глазищи огромные, в пол лица, что те озера. Глянешь в них – и не помнишь себя. Даже имя забудешь.

Голос следователя изменился, стал задумчивым, в нем появилась тоска. Даже лицо его стало другим, каким-то мечтательным.

Но вдруг, будто очнувшись, он резко хлопнул рукой по столу:

– Хватит. Больше никаких сказок об эльфах.

А на следующий день в серой комнате Ринку ждал другой человек.

– Меня зовут мэтр Габош, и я теперь буду вести твое дело.

Он был полной противоположностью мэтра Лавьера: высокий, нескладный, худой. В таком же мундире, но без лысины и живота. И от него пахло кровью, а не домашней едой.

– А где мэтр Лавьер? – Ринка растерянно огляделась.

Тонкие губы Габоша раздвинулись, обнажая желтоватые зубы:

– Он отстранен. Больше ты его не увидишь.

Ни Герхард, ни Ильза больше не появлялись. Пару раз приходили монахини, приносили немного еды и последние новости. От них Ринка узнала, что матушка нашла адвоката, согласившегося защищать полукровку. Да только он не слишком торопится. То ли денег мало ему предложили, то ли не верит в успех.

Зато в один из дней к камере подошла незнакомая женщина. Молодая, белокожая, с надменным лицом. Чем-то неуловимо похожая на мэтра Лавьера. За ее спиной неловко переминался стражник, держа в руках тусклый фонарь.

Не приближаясь к решетке, женщина глянула на Ринку так, словно та была виновата во всех ее бедах.