Невеста эльфийских кровей

Брент запер ставни, придавив обе створки согнутым гвоздем толщиной с Ринкин мизинец. Но между ними оставалась полоска свободного пространства шириной с палец. К ней-то Ринка и прильнула, зажмурив один глаз.

Окно выходило на улицу, а не во двор. И там уже была глубокая ночь, расцвеченная красноватыми пятнами фонарей. А еще под домом прохаживались какие-то тени.

Присмотревшись, девушка смогла различить уже знакомые медные латы и алебарды с красными древками.

Следят, чтобы они не сбежали.

Она оглянулась на Брента. За это время он так и не шевельнулся. Только дыхание – хриплое, натужное – говорило о том, что мужчина жив.

Хлеб, нарезанный крупными ломтями, лежал у его локтя. Так близко, что, казалось, стоит мужчине во сне дернуть рукой – и великолепные, свежие, ароматные ломти шмякнутся на затоптанный пол.

Этого Ринка допустить не могла.

Желудок с громким недовольством потребовал схватить краюху и запустить в нее зубы. Она уже протянула руку, но тут ее взгляд упал на грязь, засохшую между пальцев.

Брент сказал ей помыться…

Она недовольно сморщила нос. Хороша невеста, от которой несет как из нужника. Поскребла пальцем шею. Под ногтем осталась черная полоса.

Да, помыться не помешает. Тем более после недели, проведенной в вонючей камере.

Хотя… может именно вонь и грязь вынудили Брента отложить консуммацию брака?

Как бы там ни было, желание снова почувствовать себя чистой перебороло все страхи.

О том, что будет, когда Брент проснется, Ринка старалась не думать.

Уборная оказалась крошечной комнатушкой. Душ – простая дырка в углу, обложенная каменной крошкой, и закрепленный сверху рассекатель на ржавой трубе. Туалет находился за тонкой перегородкой и вопреки ожиданию девушки выглядел довольно прилично. На чистом стульчаке имелась даже подушечка для сиденья и крышка.

На полочке возле душа стоял глиняный горшочек с желтоватой субстанцией, пахнущей мятой. Тут же висело полотенце, достаточно большое, чтобы Ринка могла завернуться в него как в простыню.

Она немного замешкалась, раздеваясь. Хотела всю одежду бросить на пол, но, передумав, сняла плащ и оставила его на кровати. После этого, быстро раздевшись, запрыгнула под рассекатель.

Здесь был только один кран: ручка, которую следовало повернуть вверх или вниз. Чем сильнее вверх, тем горячее становилась вода. Ринка выяснила это спустя пять минут, когда сначала попала под ледяные струи, а потом едва не ошпарилась кипятком.

Брент не обманул. Он действительно оплатил горячую воду. Очень горячую!

Но вот температура была отрегулирована, и Ринка блаженно застыла под теплыми струями. Ей казалось, что еще никогда в жизни она не испытывала подобного наслаждения.