Невеста трех женихов

Он поворачивал ее, как игрушку, ускорял и замедлял движения, прислушиваясь к своему ритму, сажал ее на себя, ставил на коленки… Временами она испытывала боль, временами – наслаждалась вместе с ним, словно против своей воли, словно насильно, но получая неведомое до сих пор удовольствие.

Наконец, его ненасытность передалась и ей, она теперь словно распробовала их новые отношения и приняла их. Да, он будет брать, думая о себе. А она – получать свое, не меньшее удовольствие от того, что делает своего мужчину счастливым, алчным и, наконец, ужасно усталым. Совсем ненадолго усталым. Он откуда-то брал силы, чтобы этой ночью не дать ей уснуть, чтобы желание в ней просыпалось вновь и вновь.

Только под утро сморила их усталость.

– Ты совсем неопытный малыш, – прошептал, засыпая, Марио.

– Это плохо? – спросила Света, вовсе не расстроившаяся от того, как оценил ее искушенность в любовных делах муж.

– Пока нет. Ты же научишься, – пообещал он.

– А чему тут учиться? Если есть любовь, учиться не надо. Надо друг друга чувствовать.

– Мы еще об этом будем много говорить. Я почти сплю. И ты спи. А учиться надо обязательно.

Больше она не смогла ничего добиться. Он беспробудно спал.

Что было делать? Уснула и она.

И безмятежно проспала почти весь день, пока Марио был на каких-то там важных переговорах, отстаивая свои будущие доходы.

Они ужинали вместе, и Светка очень серьезно и настойчиво расспрашивала, чему ей следует научиться для полного их семейного счастья.

– Тебе нужно научиться не стесняться и делать все, что мне приятно.

– А ты? Ты будешь всегда делать то, что мне приятно?

– Конечно, – самоуверенно отвечал Марио. – А что? Тебе ночью было неприятно? Что-то было не так?

Светка задумалась. Как объяснить? Все так. Все было в итоге замечательно. Но…

– А если я устану? Или буду больна? Ты все равно станешь делать все, что приятно тебе? – стараясь быть деликатной, задала она свой вопрос.

– Мама говорит: если женщина хочет удержать мужа, ее дело – стараться.

– Как это – удержать мужа? Разве если муж любит, его надо еще как-то удерживать? А если разлюбил, разве удержишь? – наивно возмущалась Светка.

Она не привыкла думать о женских ухищрениях, стараниях, уловках. Мысль о том, что надо как-то ломать себя, выкручиваться, подстраиваться, казалась ей дикой.

– Ты что? Изменять мне собрался? – обиделась она. – Сравнивать меня будешь с кем-то еще?

– Нет, глупыш. Изменять я не собрался. И даже не надейся. Только ты. Навсегда, – уверил Марио.

– Конечно, да. Я же себя знаю. Я верный. В маму пошел. Она как полюбила папу, так на всю жизнь.

– А папа? Он как? Он что – изменял?

– Это их дела. А я о нас. Я всегда мечтал о такой жене, как моя мама.

«Вот это да», – подумала Светка.