Невинность по контракту (СИ)

— Я вообще не понимаю, что ты, как целка, ломаешься?

Нервный, очень нервный смешок сорвался с моих губ.

Нервный и довольно громкий.

Вообще-то, Мотя, теперь я и есть целка! По невероятному стечению обстоятельств и чудовищной врачебной ошибке!

— Вот теперь ты смеешься! Слушай, а ты, случайно, не перестаралась кое с чем. Вдруг попробовала…

— Да не знаю, «грибы», допустим.

— У тебя в голове вообще помойка, да? Какие «грибы», Мотя?! Я не наркоманка!

— Я не говорю, что «наркоманка». Но «грибы», Маш! Сейчас многие под ними сидят. И политики, и дизайнеры, и актеры. Для большей продуктивности. Бизнесмены, в том числе.

— И ты — тоже? — прямо спросила.

Щеки Матвея окрасились. Под скулами появилось два ярких пятна.

— Значит, вот как ты развиваешь филиалы! — горько усмехнулась я. — «Грибами» балуешься, девушек заводишь.

— Каких девушек, Маша?!

— Таких. У тебя в трусах длинный женский волос. Черный. Женский. Волос! О чем это может говорить?

Мотя нахмурился и начал осматривать себя.

— Да где ты волос увидела? Что за хрень ты несешь?

— Этот волос, Мотя. Этот гребаный женский волос, — я показала пальцем, но трогать не стала.

Если у его новой шкуры волосы сыплются, пусть попробует изменить уход за шевелюрой!

— Да е мое, ну волос… — наконец, увидел. — Волос, да. И что?!

— Как он туда попал? В трусы?

— Да… Да… Да просто с другой одежды переполз, блять… Из-за волоса мозг выносить — это сильно. В офисе прицепился, в такси, в салоне самолета. Да где угодно!

— Или с головы твоей новой ассистентки, — закончила я.

— Блять! Не знаю, чего ты этим добиваешься, но у меня упал. Спасибо, милая.

Мотя заправил обмякший член в трусы.

— Если это все, к работе возвращайся, Мария. Я тебе много заданий дал. Ты хотя бы с одним справилась или только думала все это время, как бы меня обломать?

— Да пошел ты, Мотя. И галстук я тебе дарить не стану, пусть тебе новая шкура дарит!

— Да пожалуйста! — крикнул мне вслед. — Все равно от тебя только дешевку ждать можно!

Я вылетела из кабинета, но услышав это, вернулась.

— Что ты сказал?! А ну повтори! — потребовала. — Ты кого дешевкой назвал?

— Блондинка, — фыркнул. — Ты, кажется, последний раз блонд в салоне передержала, малышка. Я сказал, что от тебя можно ждать только дешевку. Рили, Маш, твоя семья моей по финансам уступает.

— Зато в другом выигрывает!

— Увы, людям с мелочными душонками этого не понять!

— Отлично поговорили. Супер просто! — вскочил Мотя, грохнув кулаком по столу. — Спасибо! Я на вечер заказал ресторан, столик, номер, блять, в роскошном отеле. Для нас двоих! Предложение сделать хотел. Но теперь…

— Ничего, — рявкнул он. — Иди работай. Хоть это сделай, а? Без выноса мозга.

Я вышла, на сердце камень, ноги в коленях тряслись. Я прислонилась к стене спиной, едва не плача.