Невыносимый

Я училась, воспитывала ребенка, в прошлом году закончила университет и устроилась на работу в фирму, которую Игнат только совсем недавно купил. Так мы и встретились вновь. Он даже не знал, что я от него родила. Так что не там вы ищите причастных.

– Если Полонский и Щербаков умрет, то вашему мужу светит двадцатка. Как и всем тем, кто ему помогал. Это умышленное причинение смерти, совершенное с особой жестокостью, с вероятностью предварительного сговора группы лиц, и вас в том числе. Кто будет воспитывать вашего сына в таком случае?

– В таком случае, хорошо, что рядом с моим сыном находится достаточно людей, неравнодушных к его судьбе, – улыбаюсь вопреки настоящим эмоциям.

Все-таки смог выбить из колеи, мент продажный.

– То есть вы согласны разлучиться с сыном ради того, с кем знакомы… м-мм… – протягивает лениво. – Сколько? Месяц, в общей сложности? – улыбается, довольный непонятно чем. – Такая вы мать? И дочь.

Ответная улыбка застывает на моих губах приклеенной маской.

– Я тоже от себя без ума. Правда, не думаю, что это имеет хоть какое-то отношение к делу.

– Вероятно я недостаточно ясно выражаюсь, или вы еще не осознаете всю глубину происходящего, Таисия Олеговна, – обманчиво мягко улыбается снова капитан. – Будете сотрудничать, вернетесь к сыну. Заодно дадите шанс своему супругу на получение минимального наказания. Не будете сотрудничать, останетесь здесь. Надолго. Забудете про свежий воздух. Свою работу. Сына. Про все забудете. Знаете, как другие заключенные обращаются с теми, кто имеет отношение к правопорядку? Дочери прокурора несладко там придется. И Игнат Орлов вам уже ничем не поможет. Вы сами ему помогать должны в нынешних условиях.

Вот прям здесь останусь?…

Хочется спросить. Но глотаю и оставляю при себе. А еще вспоминаю о том, как, порой, работает следственный отдел. Не всегда так, как написано по букве закона. Зачастую, результативно. Именно благодаря этому.

– Знаю. А еще я знаю, что имею право не давать показания против своего мужа, – припоминаю еще одну букву закона.

И я права. Это подтверждается буквально через секунду. Вместе с открывшейся настежь дверью.

– Имеешь. И не дашь, – разносится по помещению суровым голосом… отца. – Пятьдесят первую статью Конституции Российской Федерации еще никто не отменил.

Не знаю, кто из нас с сидящим напротив удивляется больше его появлению. Вот уж кого точно не ждала увидеть или услышать. Да еще при таких обстоятельствах. Но вместе с тем в душе растекается тепло от того, что несмотря ни на что не оставляет одну в такой момент, рискуя, по сути, всем.

В отличие от капитана, областной прокурор в своей форме, что называется, при полном параде, что лишь добавляет грозности его виду. Действует не только на меня.