Ниочёма - 4

 — Нахрена чужое брать-то?

— Платят, не платят… Захотел и взял. — осердился несун. — Чего пристал? Вали отсюда, пока начальника не позвал!

— А зови! — начал закипать до сих пор не узнанный хан. — Сейчас разберемся, кого из нас куда выставят.

Начальство появилось словно само собой. Наверное, за углом стояло и дожидалось.

— Что за шум? — деловито спросил шустрый пухляш в дорогом халате. — Что здесь происходит?

— Да вот этот пристал, — воришка ткнул Олега пальцем. — Воровать, говорит, плохо. Сам, поди, мешками тащит, а на других наезжает.

Начальство над слугами сурово взглянуло на Олега:

— Извинись перед уважаемым человеком и ступай своей дорогой. Не испытывай моё терпение.

В этот момент терпение и кончилось. У Песцова.

— Ну всё, сучьи дети! — рявкнул он. — Шакалы непуганные! Всех разгоню к Предковой бабушке!

И за его спиной поднялась тень Песца.

И воришка, и его начальник ошибки свои осознали мгновенно. Упали на колени, принялись молить о пощаде, обещали искупить и всё такое прочее. Понять их было несложно: за обворовывание хана местным уголовным кодексом предусматривалось лишь одно наказание: смертная казнь. И лишь от настроения владыки зависела, какой она будет: милосердное усекновение головы или намного более мучительное повешение за шею. К счастью, из-за недостатка дров, не практиковалось сожжение на костре. Но посажение на кол было не менее болезненным, а кольев у хана было в достатке.

Перед ханом соткалась из тумана призрачная голова хранителя дворца.

— Сколько числится слуг во дворце?

— Одна тысяча шестьсот семнадцать, господин.

— Олег аж присвистнул:

— И все у меня из кармана тащат? Ну всё, эту лавочку пора прикрыть. Передай Сункару: пусть сегодня же выгонит из дворца всех этих бездельников.

— Этих двоих? — уточнил хранитель.

— Всех! — повторил Песцов. — Всех слуг до единого. Чтобы к вечеру ни одного не осталось. А ты проследи, чтобы они с собой не прихватили чего лишнего, да обратно не вернулись.

— Да как же так, милостивец наш! — в один голос взвыли дворцовые труженики.

Но хан их уже не слушал. Он прыгнул, и тут же бесследно растворился в ближайшей стене.

«Вот нахрена, спрашивается»? — спрашивал сам себя Олег, ёжась под холодным сентябрьским дождиком. Разумеется, согревающий конструкт в момент исправил положение, да и высушить одежду было нетрудно. Но всё же: нахрена? Ни жён не предупредил, ни Сункара должным образом не проинструктировал. Сиганул на эмоциях, вот и получил.

Правду сказать, не допрыгнул самую малость, километров тридцать-сорок. Но это не лишку, это можно было бы и на коврике долететь. Но сам факт… Получается, в пределах своего ханства он может мгновенно перемещаться из конца в конец. А до столицы империи вполне реально добраться в два прыжка.