Ниочёма - 4

— Тебе еще у Данеш прощения просить, — напомнил Олег.

— Я сперва хотела перед тобой… А она где? У тебя? — тут же среагировала повеселевшая залётчица.

— Я отвез её в кампус. Предок запретил ей ночевать здесь. У неё же нет отдельной комнаты.

— Жаль, — огорчилась Алёнка. — Ну, завтра извинюсь.

Несмотря на разрешившуюся ссору, настроение у Олега так в норму и не пришло. По этой причине онотказался от тесного общения с женами, поднялся к себе, разделся, умылся и плюхнулся в кровать. И тут его настиг голос Песца.

— Слушай, потомок, и не вздумай потом брякнуть, что не слышал.

— Говори уже, — отозвался Олег. — Что разбудил этого Солонгоя мне уже доложили. За то тебе спасибо.

— Доложили ему! — фыркнул Песец. — Ишь, какой осведомлённый! Ладно, слушай. Выросла твоя Данеш в роде Солонгой, как ты и говорил. До шестнадцати лет доросла. Но потом случилась какая-то замутка, что-то не поделили потомки Солонгоя с младшей ветвью, принятой в род годом раньше. Была резня, и эта младшая ветвь всех Солонгоев пустила под нож. Девку убивать не стали, потому что симпатичной была и материальную ценность представляла. Её просто и незатейливо продали хану в гарем в качестве свежего мяса.

Собственно, если смотреть по крови, она осталась последней из Солонгоев. Остальные — так, приёмыши, от предка им ничего не светит. Но перстень родовой они себе притырили, сообразили, и просто так с ним не расстанутся.

— Так она всё-таки часть рода или безродная?

— Ты чем слушал? Она — это весь её род, и сам Солонгой это признал. Родственнички её официально выгнали, и к ней отношения не имеют, как и власти над ней. Предок этих родственничков послал лесом, то есть, степью. Далеко, в общем, послал.

А как у них перстенёк добывать — сам думай. В конце концов, хан ты им или не хан?

В имении визиту хозяина были рады. Удивились, что без жен, уважительно приняли невесту и устроили праздничный ужин. Скромненько так, в узком кругу. За столом вели светскую беседу: о погоде, о видах на урожай, о европейских варварах и дорогом овсе. До королей и капусты дойти не успели: еда закончилась раньше. Все чинно, всё нейтрально. Но прозвучало таки:

— Олег Иванович, а почему вы без жен?

Это Наталья Степановна не утерпела. Молодая еще, несдержанная. Вон, Анна Ярославна даже нахмурилась и губы поджала, видя такое неуместное любопытство.

Но вопрос задан, и надо на него ответить.

— Так ведь сессия идет. А мы с Данеш досрочно сдали все экзамены и поехали заниматься срочными делами клана. Очень надеемся успеть за каникулы.

— А вы разве на императорский бал не собираетесь? — сдержано поинтересовалась Комарова.

Олег довольно улыбнулся:

— У меня мораторий на балы. Я специально просил об этом его высочество. Так что и в этот год, и в следующий императорский бал пройдет без нас.