Ночь – не искушение

Думаю, он еще где-то в Болгарии. Возвращаемся в Европу.

Я недовольно покачала головой. Он слишком своеволен.

Юла улыбнулся. Я почувствовала, как его губы расплываются.

– Ты что, мысли мои читаешь? – спросила я. И все равно к ответу не была готова.

Когда я оторвалась от него и уставилась во все глаза, он тихо засмеялся.

– Не буквально. Я просто чувствую тебя. – Остальное он сказал очень тихо только для меня. – Наша связь крепнет с каждым разом.

С каждым укусом. Он втягивает меня в что-то, из чего нет выхода.​

– Это тот самый кодекс? – разрезал тишину Лоу, когда заметил книгу на столике. Он собрался взять ее, но я накрыла ее ладонью и потянула к себе.

– Очередь! – грозно заявила я и открыла где-то на середине. «Оборотни» – гласило название раздела. Неплохо! Хотя ни с чем подобным я дела не имела.

– Все равно я знаю больше тебя, – огрызнулся Лоу и погрузился в свой телефон. – Как думаете, если я просто позвоню Финну и спрошу где он, он дождется нас? У него ведь не отобрали сотовый?

– Наши братья стерли ему память. Ты думаешь, они настолько тупые, что оставили бы ему телефон, в котором вся жизнь человека?

Лоу все равно набрал. И чертыхнулся, услышав, что абонент вне зоны доступа.

Тогда Юла достал свой телефон, прижал палец к моим губам, прося сидеть тихо и тоже кого-то набрал.

– Бро? – спросил незнакомый голос. Ну а так как я сидела у него на руках, слышала все так, будто телефон был у самого уха.

– Где вы оставили Райса? – без приветствия спросил Юла.

– Кого? Юла, какого черта происходит? К тебе невозможно дозвониться. Ты вообще видел свой телефон? Ревнивые подружки не наяривают своим парням столько, сколько я тебе.

Я улыбнулась. Но палец Юлы все еще был на моих губах. Он закатил глаза, но со своим другом продолжил говорить сухо. Видно было, он злился. Я догадалась, что этот тот самый Бес – главарь болгарского братства, бывший главарь Юлы.

– У меня секретное поручение от верховного, – произнес он.

– Он звонил мне, – ответил Бес раздраженно. – Но, знаешь, я думал, что почти вековая дружба дает мне какие-то привилегии.

Они оба едва не пыхтели, но сдерживались и молчали. Юла весь напрягся подо мной. Думаю, ему бы хотелось все выложить старому другу, он доверял Бесу и дорожил его мнением, даже несмотря на то, что злился на него. Но в то же время он по какой-то непонятной причине хотел как можно дольше удержать в тайне ото всех из его близкого окружения, что его жизнь теперь так кардинально изменилась. Что на нем огромная ответветственность, и он не вернется в родное братство, к своей семье. И что у него появилась я… Обо мне он вообще бы никому никогда не рассказал, если бы не чертовы правила. Он ревновал меня. Он хотел, чтобы я была только для него… Погодите-ка! А я ведь тоже чувствую его.