Ночь – не искушение

– Прекрасно! Но знайте, что я теперь инициированная, да к тому же не контролирую свою магию. Если здесь все случайно вспыхнет в огне… – Она не договорила, но вместо этого убрала волосы со своего лица и показала шрамы от ожогов. Я сложила дважды два и подумала, что эти увечья от ее же магии, но затем услышала голосок Блефа. Такой низенький, похожий на содрогание небес во время грозовой напасти.

– Эти следы от раскаленных прутьев. Кто тебя пытал?

Она уставилась на него во все глаза и сглотнула ком.

– Вы хотите знать о ваших братьях? Я расскажу. Но мое прошлое не имеет к этому никакого отношения.

– Кто-то заказал их, – затараторила ведьма, резко обрывая его. – Не знаю, кто. Вирго знал, но вы его стерли в пыль.

– Ты впитала силы его души, – вмешался Юла. – Значит, у тебя есть доступ к его воспоминаниям.

– Шутишь? Это умеют ведьмы восьмидесятого лэвэла. А я только пару часов как вообще силы обрела! У меня все еще кости зудят.

– Он должен присниться тебе, – уверенно заявил Юла. – И ты спросишь у него, что за колдун хотел смерти охотников.

Юла глянул на Блефа, и у меня возникло чувство, будто они уже знали ответ. Им лишь нужно было подтверждение. А я опять ощутила себя песчинкой в пустыне.

Охотники жили в ритме вампиров. Спали днем и выходили наружу ночью. Так сказал Юла, когда объявил Блефу, что мы идем спать. Я уже не могла держаться на адреналине и любопытстве. Усталость брала свое, и наступление утра подталкивало к живительному сну. Но спать с ним?

– Этого не будет, Юла, – процедила я, когда он завел меня в ту конуру, в которой я очнулась. Запах сырости мне на удивление нравился, а вот внешний вид помещения нагонял панику. Каменные стены, сгнившая старая мебель, везде паутина и грязь…

– Ты здесь даже не поместишься, – выдвинула я свой последний довод. – Эта лавка крохотная. Для одного. А на полу холодно и грязно. Ищи себе другую спальню, я видала в этом подземелье другие двери.

– Там пусто, – заворчал он и повел меня в пустой угол комнаты. – В бункер никто не спускался более семидесяти лет. Но мы все исправим. Обещаю. Иди сюда.

Здесь ничего кроме решетки в полу и ржавого крана в стене не было. Это что… Душ?

Юле пришлось несколько раз стукнуть по вентилю, чтобы наконец полилась вода. Она пахла плесенью и выглядела грязной. И даже не прикасаясь к ней, я чувствовала, что она ледяная.

Я послала укоризненный взгляд охотнику, надеясь, что ему хватит ума понять, какие мысли у меня на этот счет.

– Через пару секунд польется чистая, – прошептал он, будто оправдываясь передо мной. Потянулся рукой к узелкам платья на моей груди, и я машинально шлепнула по его ладони. Он усмехнулся устало, лишь одним уголком губ. И пошел в наглое наступление.

– Не трогай! Я могу сама. Юла!

– Ты все можешь сама.