Новая жизнь

Было слышно, как водитель врубил передачу, грузовик рыкнул дизелем и тяжело покатил по гравию площадки на улицу.

Я огляделся в кунге. Судя по всему – бывшая аппаратная, машина связи в прошлом. Видны все атрибуты ранее установленной, а потом демонтированной аппаратуры. Затем, особенно не утруждаясь ремонтом, в кунге установили откидные полки на восемь человек, нижний ряд которых сейчас исполнял роль сидений для нашей группы.

– А для чего вот это все? – Я обвел пальцем странный, напоминавший камеру в полицейском участке интерьер.

– Раньше была машина связи, потом ее выкупила у патрульных сил частная компания и переоборудовала под походное жилье для геологических групп.

Если, скажем, ночевать в саванне, то можно лагерь не разбивать, и зверье внутрь не заберется. А те, например, кто воду ищет, они больше дня на одном месте не задерживаются, – объяснил Смит.

– А почему? – спросила Бонита.

– А кто заинтересован в по-настоящему глубоко расположенной воде? – удивился он вопросу. – А если она неглубоко, то до нее добуриваются за день, не больше. И сразу земля становится ценной для фермерства. Так и катаются – буровая, грузовик с кунгом и обычно джип с пулеметом.

– А мы сейчас за геологов? – усмехнулся Дмитрий.

– Нет. Просто владелец фирмы – мой приятель, раньше в Ордене работал, а теперь сам по себе. Попросил машину на пару часов у него.

Путь до аэродрома занял от силы пятнадцать минут. Грузовик проехал в сетчатые ворота, откатившиеся в сторону по команде из застекленной будки привратника, и не торопясь двинулся куда-то в дальний край летного поля. Затем остановился, пыхнув воздухом из пневматических тормозов.

– Приехали, – сказал Смит.

Грузовик остановился прямо возле самолета – длинноносой одновинтовой «Сессны Гранд Каравана». Мы быстро выгрузились из кунга, по очереди выпрыгивая из высокой кабины и передавая друг другу сумки.

Открылась на удивление широкая дверь, наружу опустилась лесенка, в дверях показался молодой парнишка в майке «танк» и с серьгой в правом ухе. По подставленной лесенке мы, грохоча ботинками по металлу, поочередно забрались в тесный салон. Там оставили с десяток кресел, а вместо еще четырех было место под багаж. Вообще-то неслабый багажный отсек под брюхом у этого полугрузового самолета, но все же лучше держать свое имущество поближе к себе.

Мы расставили свои тюки вдоль стен ближе к хвосту, и открывший нам дверь пацан закрепил багаж при помощи какой-то хитрой системы сеток и ремней.

Мы с Марией Пилар уселись рядом, она – ближе к окну. На такие же два кресла слева от нас сели Смит и Браун. Бонита спросила у Смита:

– Около четырех часов. Лучше поспать, – ответил тот, уже откидывая спинку кресла.

– Я не умею спать в самолете, – вздохнула Бонита.