Новая жизнь

Привычный замок, отперев который распахиваешь дверь – и попадаешь в свой холл, к своей вешалке, своей стойке для обуви. А вокруг… своя кровать, свои вещи, своя кухня, своя кофеварка, в конце концов. В стойке возле стереосистемы стоят привычные компакт-диски, даже набираемая в ванну вода звучит как-то привычно, по-домашнему.

Сколько мы уже здесь не были? Кажется, ровно пятьдесят дней. Вполне достаточный срок, чтобы начать отвыкать от своего жилья. Знаете, как бывает? Не был ты дома месяц или больше, ездил в отпуск или, скажем, в командировку. А потом возвращаешься, заходишь в свое жилье, в котором ты прожил долго, не как я здесь – пару месяцев всего.

Осматриваешься вроде бы в насквозь привычном, знакомом до последней черты интерьере – и все равно чувствуешь, что как будто бы и не знакомое все, как будто ты видел это на фотографии. Примерно такое ощущение сейчас у меня и возникло.

– Corazon! Наша ванна! – закричала Мария Пилар, бросаясь в ванную комнату.

Я услыхал, как давно закрытый кран фыркнул, плюнул водой – ржавой, судя по взвизгу Бониты, – но затем звук превратился в монотонное журчание вполне стабильной струи.

– Не закрывай пробку, дай ржавчине слиться! – крикнул я из комнаты.

– Не учи – не глупей тебя, – с апломбом заявила Мария Бонита, выходя из ванной и начиная раздеваться на ходу. – Там нет ржавчины, просто воздух в трубе. А вода льется чистая-чистая. Как я после ванной. Знаешь, какая я после ванной?

– А я сейчас покажу. Чтобы знал.

Суверенная Территория Техас, г. Аламо. 22 год, 34 число 8 месяца, воскресенье, 15.15

Ну почему уже завтра рано утром нам уезжать? Как хорошо было бы пробыть дома хотя бы еще пару дней, провести их вот как сейчас – вдвоем, в постели, среди своих вещей, и когда утренний солнечный свет падает в свое окно.

А еще сейчас я сварю кофе для обоих, а потом, когда мы его выпьем, мы вернемся в постель – свою, попрошу заметить. А потом уже будет очередь Бониты варить кофе, а моя очередь любоваться на нее.

Потом, после моего любимого шоу, которое, я напомню, называется «Обнаженная красавица, готовящая капуччино», Мария Пилар все же оделась и побежала в парикмахерскую, проклиная морскую воду и то, как она действует на волосы, обещая сделать маникюр, педикюр и что-то еще. Из чего я сделал вывод, что ждать ее до обеда нет даже смысла.

Тогда я нашел в записной книжке телефон Скотта. Напомню – того парнишки, которого нам рекомендовал владелец и президент стрелкового клуба Аламо в качестве продавца в магазине. Скотт жил с родителями – в доме на восточной окраине городка. Трубку сняла его мать, я отрекомендовался и попросил позвать его к телефону. Она тоже поздоровалась, затем я услышал, как она его зовет.

Извинившись за беспокойство в выходной день, я попросил его на часок подъехать в магазин.