Предатель. Ты не знаешь о сыне

Зачем?

Зачем ты вообще сюда явился и нарушил мой мир, который я с таким трудом выстроила?

Я же не верила в любовь больше и похоронила себя. Посвятила себя только сыну — памятнику моей несчастливой любви.

Лишь Никита смог меня расшевелить, вернуть к жизни, снова захотеть быть любимой, захотеть семьи… И теперь всё это просто так рухнет?

Из-за него?

Никогда я этого не допущу.

Нам просто надо поменьше общаться с Ветровым, и как можно суше.

— Всё в порядке, — ответила как можно более спокойно, насколько позволяла моя выдержка. — Извините, я сейчас приду в себя. Расклеилась тут на рабочем месте…

— Давайте я вам чая принесу, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

Он усадил меня на диван и отошел в кухню, загремел чашками.

Такими темпами мы за работу не примемся. То мне ногу баюкает муж, то Ветров чай приносит. Пора себя в руки брать, Кристина. К возвращению Ветрова с подносом в руках я пришла в себя и даже смогла ему улыбнуться. Приняла кружку из его рук и поблагодарила.

— Спасибо. Не стоило обо мне так беспокоиться… Это я вам должна чай носить, а не наоборот.

— Оставьте, Кристина. Так что у вас случилось? — спросил он, присаживаясь рядом и заглядывая мне в глаза.

ГЛАВА 4.

— Простите, Архип Олегович, но я считаю этот разговор… неуместным, — произнесла я, смело встречая его взгляд.

Неужели он правда рассчитывал на откровения?

Для этого у меня есть муж.

И он — не ты.

Он едва заметно отшатнулся, глаза сузились, скулы напряглись. Ответ ему мой явно не пришелся по душе. И тон не понравился. А на что он, собственно, надеялся? Откровенничать с ним я не готова, тем более что моя душевная боль напрямую связана с ним, о чем он никогда не узнает.

Своего решения я не изменю, чего бы мне это не стоило. И не такое переживала… Чего стоил Владимир, история с которым не закончилась после монастыря… А с этим уж справлюсь.

— Знаете, Кристина… — вдруг задумчиво произнес Архип, глядя не на меня, а вдаль.

— Кристина Игоревна, — аккуратно я поправила его, намекая, чтобы не забывался.

Мы не знакомы. Субординацию никто не отменял. Мы находимся в офисе, не стоит забываться.

— Да, конечно. Простите, — кивнул он. — Кристина Игоревна. Всё в этой жизни можно исправить, починить, склеить, купить новое. Лишь смерть необратима. Главное, чтобы все близкие были живы и здоровы, а остальные проблемы — мелочи жизни. Их можно решить. Всё наладится, Кристина, поверьте, — взглянул он на меня.

Я не ответила ничего. Задумалась над его словами.

В них словно был какой-то намек и тайный смысл, который я не поняла, но почувствовала, будто Архип пытался мне что-то сказать этими словами про смерть…"

"Но, может быть, я просто от нервов себя накрутила и уже жду подвоха от него в любых словах?

Скорее всего, второе.

— Извините, — сказала я тихо. — Мне уже лучше.