Предатель. Ты не знаешь о сыне

Убрала с подноса кофе, налила кипятка под чай, положила на салфетку чайный пакетик и те же несколько кусочков сахара, что были предназначены для кофе, сливки убрала.

Снова понесла поднос Архипу.

Снова постучала в дверь кабинета, получила разрешение войти и пронесла поднос до его стола.

— Ваш чай, — отчиталась я. — Сахар вот. Что-нибудь ещё?

— Пока всё, — ответил Архип. — Отправил вам задания на оставшийся день. Проверьте вашу почту.

— Но… Я ещё не всё сделала из того, что вы мне дали утром.

— Правда? — поднял он голову. — Тогда поторопитесь и не заставляйте меня серьёзно задуматься о вашей компетенции.

— Можно идти? — спросила я.

— Можно, — кивнул Архип.

Я вышла из его кабинета и устремилась к своему столу. Села за него и забарабанила пальцами по столу, открывая рабочую почту. Мама дорогая! Да тут дел на неделю. А он сказал — до конца рабочего дня.

Я едва не схватилась за голову.

Архип меня решил выжить, пользуясь своим положением?

Как это низко. И насколько ему это будет удаваться на глазах Никиты, интересно?

— Козёл! Как был придурком, так и остался, — в сердцах сказала я.

— Связь на селекторе, прежде чем ругать меня, лучше бы отключать, — услышала я холодный голос Архипа из переговорного устройства и едва не упала под стол.

Действительно — кнопка переговоров так и горела, я забыла селектор отключить ещё в свой второй забег за кофе.

Сначала он подумал, что я умышленно испортила его напиток.

Теперь он знает, что я его ругаю…

Чёрт возьми! Ну всё, я себя точно сегодня закопала. Пора искать другую работу.

ГЛАВА 18.

Хотя почему это я должна искать работу?

Он же уедет скоро! Совсем из головы вылетело.

Потерплю, значит.

Мстит мне, зараза, за ту выволочку, что устроила ему после совещания.

До самого вечера он сидел в кабинете, выходил редко и меня больше не трогал.

Я пыталась справиться в объёмом работы, который он свалил на меня, и тоже к нему не совалась."

"Вечером он, одетый к выходу, покинул свой кабинет и подошёл к моему рабочему столу.

— Ну как справляетесь, Кристина Игоревна? — спросил он.

В его тоне не слышно было сарказма, но доверять ему я бы всё равно не стала. Вряд ли это забота. Просто ему нужно, чтобы работа была сделана.

— Дело продвигается, — отозвалась я, ощущая, что глаза устали и болели так, словно в них песка насыпали.

— Это хорошо. Оставьте всё, рабочий день кончился. Идите отдыхать, к сыну…

— Да-да, я сейчас иду, — ответила я, окидывая его задумчивым взглядом. Вообще-то, я переживала, что он меня начнет заставлять оставаться тут до ночи. Никиту испугался? Тот наверняка бы возмутился подобной эксплуатацией его жены и высказал ему.

— Завтра Никита Савельевич вам поможет, — сказал он.