Один на один с Драконом (СИ)

Пилотские кресла висели боком, одно над другим, моё над креслом Алексея. В нерешительности я выжидала, не хватало шею свернуть, слишком рано сбросив ремни.

В иллюминаторе надо мной виднелось синее небо в оправе причудливых ветвей. Я решилась выбраться из кресла. Это было непросто, поза неудобная. Пришлось поочерёдно отстёгивать ремни и аккуратно спускаться в узкое пространство между панелями и Алексеем. Он висел на ремнях, руки его безвольно опустились, голова наклонилась. Я снова взяла его руку и долго прижимала пальцы к его запястью. Пульса не было. Тогда я открыла шлем мужчины, просунула пальцы между шлемофоном и кожей к шее. Результат тот же. По моей спине пробежали ледяные мурашки. Я приоткрыла его веки, осмотрела, расстегнула скафандр, насколько позволяли ремни, ощупала. По всему выходило, что старпом давно уже мёртв. Его убило ускорение. «Убило его, но не меня. Почему? Он старше, организм изношен прыжками и невесомостью, а я молодая, здоровая и… Да нет, это бред какой-то. Алексей натренирован, подготовлен к перегрузкам, а я нет».

Я задумалась, но логичное объяснение не приходило на ум. За этими мыслями маячила более насущная: «Что делать?» Анализ причин как-то незаметно сменился образами моей скорой, мучительной смерти. Первое — закончится кислород. Воображение подкинуло красочную картинку агонии. В этот момент я позавидовала Алексею. Наверняка он потерял сознание и умер, не почувствовал ни страха, ни боли.

— Чёрт! Ты настоящая свинья. Бросил меня здесь, — проговорила я и сразу устыдилась своих слов, хотя их никто не мог слышать.

«Я ничего не знаю о месте, где оказалась». В порыве внезапного озарения развернулась к мониторам и принялась вводить команды из тех, что знаю. Это простое действие оказалось сложной задачей в тесном пространстве перевёрнутого корабля. Мониторы тускло мерцали, некоторые не работали.

Я вводила команды, но ничего не происходило, только появлялась надпись: «Отсутствует питание». Тогда я принялась шарить вокруг в поисках планшета. «Был же планшет! Где?» Он нашёлся практически подо мной, на боковой панели, похоже, я на него наступила, пока спускалась к Алексею. На его гладкой поверхности была вмятина с расходящимися в стороны трещинами. «Давай! Работай! Ну же!» Планшет работал. Но открылась только последняя страница, которую использовал Алексей. На движения пальцев планшет не реагировал.

Явно никто не рассчитывал, что на борту окажется медик, а не пилот. Открывшиеся формулы и расчёты ничего не говорили. Они были бесполезны, никак не отвечали на вопрос: «Что делать?» Я всматривалась снова и снова в разбитый экран в попытках что-либо разобрать. Единственное, что поняла, — я на экзопланете земного типа.