Предательство одного подарит любовь многих (СИ)

Пока я пребывала в своих мыслях об особенностях тела Зака, служители не медлили. Они смешали в одну чашу какую-то жидкость, кровь всех пяти служителей и отца Зака. И вот эту полученную жидкость поделили уже на две части и стали рисовать ею на наших телах. Действительно, как и говорил служитель, нас разрисовали с головы до ног. На лице и стопах тоже были нанесены всякие рисунки, что они означали, я не знаю. Потом на нас надели небольшую накидку, которая немного прикрывала попу и была без рукавов. Наконец, нас усадили на эти жертвенные камни, причем если Зак мог со своими габаритами спокойно сесть сам, то меня пришлось туда подсаживать служителям.

Зак сидел на алтаре, как и положено воину, расправив плечи. Он излучал первобытную мужскую силу, и этот камень был под ним не таким большим. А вот я сидела вся замерзшая, с синими от холода губами, и занимала места как ребенок в автобусе.

Затем из моего пальца взяли пару капель крови и в кубке смешали с кровью Зака. Мне поднесли его к губам и попросили сделать глоток, после чего тоже самое сделал и Зак. Мы легли на камни и постарались устроиться поудобней.

Для меня это было нелегко, так как я уже замерзла, а теперь еще пришлось улечься на холодный камень. Тут служители накрыли меня полностью, с головой, полупрозрачной вуалью, которая была расшита какими-то символами. Мои веки внезапно стали тяжелеть.

После того как мои глаза закрылись, я начала осознавать, что не сплю. Вот только тело я переставала чувствовать все больше и больше. Холод вокруг я тоже перестала чувствовать, зато тревога внутри набирала обороты. Ведь ко всему прочему мне казалось, что то тут, то там появлялись тени. Стала замечать голоса где-то далеко.

Но с каждым разом я могла различить их все четче.

— Давно очень давно… — стал слышен один из голосов.

— Маленькая, слишком маленькая… — послышался другой голос.

— Зато какая сильная внутри, но нужно смотреть получше… — еще один голос появился.

— Дитя, ты знаешь с кем хочешь связать свою судьбу и разделить один путь жизни? — видимо, теперь эти голоса решили поговорить со мной.

— С любимым! — это первое, что пришло мне в голову, и меня похоже услышали хоть, я не произнесла вслух ни слова.

— Любимого… хм… многие так думали, но потом почему-то вся любовь пропадала, когда они узнавали правду… — загадочно прошептал голос.

— Какую правду? — ну, раз они так бесцеремонно находятся в моей голове, то и мне нет смысла раскланиваться. Да и смогли они заинтересовать меня.

— Ты все еще так и не поняла? — в голосе послышались брезгливые нотки.

— Может глазам своим не поверила? — проговорил другой, будто не со мной, а сам с собой разговаривал.

— А ведь мы все показали и не скрывали ничего… — вздохнув, сказал еще один.