Однажды в Мидлшире

Дом престарелых и его обитатели за карточным столом, хохочут над чьей-то шуткой. Старая женщина с сигарой в кресле-каталке… Лорд вгляделся в последний снимок, а потом встал и подошел поближе.

Когда Ричард и Джон вернулись в студию, он стоял в полупоклоне, опираясь на стену, и разглядывал черно-белую фотографию.

– Ричард, кто эта женщина? – спросил он.

– Это Ева Кло. Виктор писал о ней. Ей не так давно исполнилось сто лет.

– Джон, позвоните Виктору. Мы должны сейчас же к ней поехать.

И он осторожно снял со стены фотографию и протянул ее дворецкому. Ева Кло кокетливо и хитро смотрела в камеру, раскуривая очередную сигару. Вокруг нее вились клубы дыма. А позади нее на тумбочке стоял большой серебряный подсвечник.

Точно такой же стоял в доме Диглби.

Виктор, лорд Диглби и Джон стояли на ресепшене в доме престарелых. Девушка за стойкой ответила им печальным взглядом покрасневших глаз. Она недавно плакала.

– Четыре часа назад.

– Просто невероятно! – воскликнул лорд.

Виктор молча отошел в сторону и сел на стул. Глаза мучительно защипало, и он вытер их рукавом. Как же так? Ведь он собирался ее навестить! Он хотел принести ей печенье! Она ведь ждала его…

Перед ним появилась рука со стаканом воды. Он взял его и медленно выпил. Рука принесла салфетки. До Виктора дошло, что рука должна бы кому-то принадлежать, он проследил ее до плеча, потом до лица и наконец сказал «спасибо» девушке с ресепшена.

– Она была удивительной, правда? Вы у нее учились?

Виктор замотал головой.

– Брал интервью недавно.

– О, так вы тот самый Виктор? Она очень тепло о вас отзывалась. Вы придете на похороны?

Но он не был готов думать о похоронах. Он вообще мало что мог сказать. Тогда вступил лорд Диглби. Очень вежливо и осторожно он спросил, можно ли взглянуть на вещи миссис Кло. Девушка кому-то позвонила, получила разрешение, и их повели по коридорам. Виктор снова вошел в комнату, где познакомился с эксцентричной старушкой.

Все вещи были разложены на кровати, и это было печальное зрелище. Всего несколько платьев, книги, несколько наборов карт и начатая коробка сигар с пластиковой зажигалкой. Вот и все, что осталось после почти столетней жизни.

Конечно, там был подсвечник. Он стоял на тумбочке, и к нему была прикреплена записка «Передать в школу». Лорд Диглби коснулся его почерневшего бока, провел ладонью вдоль ствола дерева и обвел фигурки детей. Да. Сомнений не было. Это был брат-близнец того, что стоял в замке.

– Это ее семейная реликвия, – сказала сопровождающая их медсестра. – Она почти все время держала его в тумбочке. Доставала только по особым случаям. Говорила, что ему больше двухсот лет…

– Так и есть, – подтвердил лорд. – У нее есть дети? Внуки? Племянники?

– Никого, – ответила медсестра. – Она всех пережила.