Огневица

Твои кости болеть перестанут. А вот из кучки пепла восстать как сказочная Жар-Птица ты точно не сумеешь. Помни об этом, когда в следующий раз захочешь почесать зубы о дейваса. Эта дичь не по тебе.

И Итрида направилась следом за Марием и Санэлом. Храбр и Бояна встали с двух сторон от шехха. Говорить они ничего не стали – по его побелевшему лицу все было понятно без слов.

Глава 23. Орлиное Гнездо

Рудознатцы звали свое селение Орлиным Гнездом.

Оно прилепилось к боку горы, искусно маскируясь под ее сизый цвет, и оплело ее каменными домами, словно диковинные бусы.

Итрида успела насчитать шесть витков, пока Санэл вел путников по узкой тропинке, с правой стороны обрывающейся в пропасть. Бояна лишь только раз заглянула в нее, побледнела и отшатнулась, прижав руку к животу. Тихо призналась Итриде, что почувствовала себя так, будто кто-то потянул ее за кишки прямо туда, в разрыв земли, на дне которого пенилась горная река. Из резвых прозрачных волн выглядывали антрацитово-серые острия камней.

На первом витке Гнезда домов стояло немало, но чем ближе к вершине скалы был расположен ярус, тем меньше на нем жило рудознатцев.

На самом верхнем ярусе расположилось всего одно жилище, белеющее, точно кость. Даже издалека было видно, с какой искусностью вырезан узор на его стенах. Весь этот дом казался одной сплошной мелодией, застывшей в молочном камне. Санэл пояснил, что там и живет эйре Дваэлис. Не всякий храм в Беловодье мог сравниться красотой и величественностью с жилищем старейшины Орлиного Гнезда.

Несмотря на летнюю пору, по улицам гулял холодный ветер, завывающий в скальных трещинах и разрывающий на лоскуты нити дымка, тянущиеся из труб.

Дышалось тяжело; непривычным к высоте бродяжникам не хватало воздуха. Итрида обернулась, пропуская вперед Даромира и Храбра. Ветлуга, главная водная жила Беловодья, отсюда казалась широкой серебряной лентой, вьющейся по зеленому шелку заливных лугов.

За все время пути им встретилась только одна женщина, несущая на голове плетеную корзину с мокрым бельем. Возле нее, вцепившись в материнские штаны маленькими пальчиками, семенил мальчишка весен трех с виду. Бояна и Итрида переглянулись. Незнакомка, приветливо кивнувшая Санэлу и осмотревшая путников с любопытством, но без враждебности, не была похожа ни на воя, ни на знахарку, ни на волховку.

И тем не менее, она свободно носила мужские порты, не чувствуя никакого стыда.

– Наши женщины бьются наравне с мужчинами. Так же стоят в караулах и ходят на охоту. В платье делать все это было бы куда как неудобно, – Санэл правильно истолковал гляделки бродяжниц и объяснил, как всегда, с негаснущей улыбкой. – Я провожу вас в купальни, а затем покажу, где вы сможете отдохнуть.