Огневица

Поерзал – мослы двигались тоже, создавая наиболее удобную форму для всадника, – подхватил длинную мягкую гриву на манер поводьев и причмокнул губами.

Ехать нужно было на другой конец Каменки. По извилистым улочкам на лошади можно было передвигаться только шагом, но Стрыга была не совсем лошадью, и спустя десять минут уже всхрапывала возле высокого забора, сложенного из цельных бревен.

– Однако, – присвистнул Марий, – Хорошую защиту справил себе этот Вышата. Похоже, шкуры – очень прибыльное дело.

Спешившись, Марий огляделся. Как он и ожидал, в углу кованых ворот висел изящный медный колокольчик. Дейвас позвонил в него и уловил тихий нежный отзвук где-то в глубине дома, и почти сразу же ворота заскрипели и медленно отворились. Его встречал сторож – высоченный детина с равнодушным лицом и пищалью на плече. Чем-то он напомнил Марию вышибалу из «Ладьи». Стражник оглядел черноволосого мужчину, испачканного в крови, грязи и специях, и прищурился.

– Пан Вышата не принимает, – прогудел он. Марий отвернул ворот, демонстрируя знак Школы, и в глазах мужчины мелькнуло удивление.

– Обождите, доложу, – все так же гулко пробасил стражник и дернулся было закрыть ворота, но не успел: его остановило щупальце тумана, протянувшееся откуда-то с подворья прямо к дейвасу. Только когда его лица коснулась мокрая прохлада, Марий осознал, что кожа пылает от множества мелких царапин и ссадин. Не будь он дейвасом, еще и ожоги бы добавились. А залечить свои ранения он, как всегда, забыл. Прохлада окутала дейваса на считанные секунды, а когда схлынула, вместе с ней ушла и боль. Зато вместо нее с подворья зазвучал женский голос.

– Впусти его, Павло. Этот гость пришел ко мне.

– Велел не чинить мне препятствий. Не так ли?

Широкоплечий Павло еще раз окинул дейваса взглядом и наконец посторонился, пропуская его на подворье Вышаты. Проходя мимо бдительного стража, Марий поймал себя на желании повторить глупую шалость неизвестного огненосца и легонько чиркнуть нагревшимися пальцами по завязкам щитков, а потом нарочито удивиться, как плохо сторож закрепил защиту.

Марий помотал головой и ускорил шаг, высматривая обладательницу прохладного голоса, который открыл перед ним кованые ворота. Он узнал этот голос. Встреча будет интересной.

Она беседовала с богато одетой девушкой, скромно опустившей очи долу. Тонкие руки женщины с прозрачной кожей, под которой виднелись переплетения голубоватых вен, были чинно сложены поверх тяжелой темно-синей поневы, подчеркивающей хрупкость ее облика. На правом запястье позвякивали серебряные браслеты шириной не больше пальца, все – с разными узорами.