Охота вслепую

Толстяк поглядел на иностранца, потом перевел взгляд на настенные часы, успокоился и что-то торопливо прочирикал официанту.

Официант заторопился к иностранцу, быстро принял заказ и почти бегом принес поднос с дымящейся пиццей и высоким бокалом пива. С тем и оставил его в покое. Минут через двадцать выразительный взгляд официанта сигнализировал хозяину, что иностранец хоть и покончил с едой, но сидит, вытянув ноги, и уходить явно не торопится. Более того, поманив к себе пальцем официанта, он на ужасном итальянском попросил повторить бокал пива.

Прежде чем выполнить просьбу посетителя, официант вновь исчез в глубине пиццерии и вновь вернулся с хозяином, который начал подавать признаки беспокойства. Тем не менее иностранцу пиво принесли, и он с явным удовольствием пригубил пенный напиток. В половине первого толстяк хозяин повесил на дверь табличку «Chiuso», которую Сержант, наблюдавший из «фиата» за пиццерией и обедавшим там Домовым, прочитал в бинокль.

Из пиццерии уходили последние посетители. Официант с хозяином суетились у столика слева от печи — хозяин самолично накрыл столик белоснежной льняной скатертью и аккуратно, если не сказать бережно, положил начищенные приборы по обе стороны от огромной фарфоровой тарелки. Этот столик явно готовили для особого гостя. Иностранец искоса поглядывал на приготовления и явно не желал покидать понравившееся ему заведение. В другой раз это польстило бы самолюбию хозяина, но сейчас его явно заботили не интересы собственного бизнеса.

Чем ближе большая стрелка настенных часов подходила к двенадцати, тем больше волновался хозяин. Без семи минут час он не выдержал и подкатился к столику иностранца, жестами пытаясь втолковать тому, что пиццерия закрывается.

Домовой невозмутимо наблюдал за страданиями хозяина. Тот вновь повторил всю пантомиму, а потом стал медленно, страшно коверкая слова, объяснять иностранцу по-английски, что тому надо немедленно уйти. Еще с минуту потрепав нервы перепуганному толстячку, Домовой поднялся из-за столика. В его планы не входила встреча ни с доном Доницетти, ни с его телохранителями. От него требовалось лишь узнать, за каким столиком обычно сидит один из крестных отцов мафии.

Сержант проследил взглядом за Домовым, который медленно удалился в направлении Колизея, и возобновил наблюдение. Ровно в час дня все повторилось, как обычно. Черный «кадиллак» плавно подплыл к тротуару, одновременно распахнулась дверь пиццерии, оттуда вылетел взволнованный пережитым хозяин, и через минуту, одобрительно похлопав его по плечу, в «Дель Пьеро» вошел голодный Доницетти… Ну, вроде бы можно приступать, сделал вывод охотник.

Назавтра Сержант подошел к «Дель Пьеро» в четверть первого.