Охота вслепую

Комиссар Бонасера уточнил, что на месте преступлена найдены гильзы, пустой магазин от автомата и другие оставленные нападавшими улики, которые полиция пока не считает нужным обнародовать. Ведется следствие.

Как уже сообщалось, несколько дней назад другой «линкольн» синьора Россетти потерпел катастрофу близ Портофино в Лигурии. Погибли четверо служащих. Высказывалось предположение, что это был «несчастный случаи».

Тут же была подверстана большая статья, где с подробностями обсуждались предшествующие двум покушением на Россетти убийства семи лидеров мафии...

Сержант просмотрел другие газеты. В общем-то везде было одно и то же. Только, в зависимости от принадлежности к тому или иному политическому лагерю, варьировалась тональность комментариев. Причем одна газетка прямо называла синьора Россетти главой сицилийской мафии и отметила, что первое за эти дни покушение на него произошло в тот день, когда крестный отец был приглашен на прием к премьер-министру страны — своему лучшему другу... Из этого следовал дерзкий вывод, что нынешний премьер находится на... коште у мафии.

Сержант усмехнулся и бросил ворох газет на скамейку. Везде одно и то же: что в России, что в Италии — везде словоблудие журналистишек, отрабатывающих щедрые авансы, и везде отцы нации малодушно променивают судьбу родины на хрустящую зелень... Он закурил новую сигарету. Настроение у него внезапно испортилось мысли вновь вернулись к невыполненному заданию. В глубине души Степан понимал, что ситуация у него, прямо сказать, аховая. После двух неудачных попыток покушения Россетти должен не просто почуять опасность, а обозлиться. И тогда его поведение станет непредсказуемым, и в этом случае подловить его будет очень непросто. Загнанные в угол крысы и те избирают в качестве способа защиты нападение — кидаясь на кошку или собаку, даже на человека. У крысы-Россетти не в пример больше возможностей защищаться. Надо честно признать, что фактор внезапности перестал действовать и теперь игра пойдет на равных: старик позаботится о выстраивании круговой обороны и сам перейдет в контратаку. Не исключено, что скоро старый синьор вычислит своих врагов…

На широкой аллее сквера стало больше гуляющих. Как всегда, много женщин классического неаполитанского типа: приземистые, крутобедрые, большегрудые, суетливые, крикливые… Совсем не такие, к каким он привык во Франции или в Штатах. Даже миланские женщины совсем другие…' Но за эти несколько дней пребывания в Неаполе он уже как-то свыкся с их внешностью, даже смог оценить их специфическую сексапильность: особенно его притягивали блондинки с черными жгучими глазами и смуглой кожей.