Охота вслепую

А может, и всесоюзный. Да только здесь ситуация для тебя даже хуже может обернуться; Слыхал я краем уха про этот «Балтийский рабочий». Там темные дела крутятся, а этот твой главбух, видно, по незнанке или сдуру шагнул не в ту степь, какие-нибудь не те платежки раскопал, да и ляпнул про них в годовом отчете, а может, перепугался и решил втихаря в комитет партийного контроля сбегать… Ну и получил по полной программе черную метку! — Васька вздохнул и с сожалением поглядел на приятеля. — Мой тебе совет: найди какого-нибудь местного забулдыгу, пусть он подпишет признание, что это он бухгалтера спьяну отмутузил, — и дело с концом. Тебе что, больше всех надо?..

Звонок раздался часов в десять. Степан сорвал трубку с рычага и с немалым удивлением услыхал голос Наташи. Обычно она звонила ему напрямую только по официальному делу. Так случилось и сейчас: Начальник утро Лиховцев срочно потребовал Юрьева на ковер.

Полковник только скосил черный глаз из-под густой брови на вошедшего Юрьева, засопел и ничего не сказал. Даже если бы Наташа не предупредила, что шеф сегодня мрачнее тучи, Степан и так догадался о дурном настроении шефа.

Тягостное молчание продолжалось минут пять. Под люстрой, жужжа, кружилась невесть откуда взявшаяся здесь муха.

— Ну что, брат, все-таки ты никак не желаешь прислушаться к советам старших товарищей. Я к тебе как к сыну, понимаешь, как к сыну родному, а ты что? Я тебя не собираюсь вечно прикрывать: своя, понимаешь, шкура ближе к телу. Опять, понимаешь, пришлось извиняться за неумеренную ретивость подчиненного. Из горисполкома звонили, на тебя жалоба поступила. Превышаешь служебные полномочия…

— Товарищ полковник! — не выдержав, воскликнул Степан. — Там же, на этой фабрике, такое творится!.. Хищения в особо крупных раз…

— А ты что, ёлки-палки, в обэхаэсэс работаешь? — перебил его Лиховцев и заорал: — Ты, Юрьев, расследуешь дело об избиении главбуха обувной фабрики. Твое дело — маленькое: найти виновного, и точка. Какие там хищения? Какие финансовые документы? Да ты, парень, в своем уме? Какого хрена ты полез в чужую епархию? Шибко умный? — Полковник Лиховцев рассвирепел не на шутку. — Теперь вот что. Сейчас поедешь на беседу в юридическое управление Смольного. Езжай немедленно: третий этаж, кабинет триста семнадцать. Пропуск тебе в бюро пропусков оставлен. — Полковник тяжело вздохнул. — Потом доложишь. И чтоб хоть там… без самодеятельности!

В триста семнадцатом кабинете лейтенанта Юрьева ждали. Он получил пропуск в окошке, отметился на входе, поднялся на третий этаж и прошагал по ковровой дорожке к тяжелой резной двери.